Литовская мифология – Lithuanian mythology – abcdef.wiki

Библиография

Дальнейшее чтение

О мифологии:

  • Римантас Бальсис. Язычество литовцев и пруссаков (2020). Klapėda, Klaipėdos university leidykla. ISBN  9786094810749
  • Дарий Баронас. Христиане в позднем язычестве и язычники в раннехристианской Литве: четырнадцатый и пятнадцатый века . Литовские исторические исследования. Вильнюс: Lietuvos istorijos institutas. 2021, Т. 19, стр. 51-81 ISSN  1392-2343
  • Манвидас Виткунас, Гинтаутас Забьела. Балтийские городища: неизведанное наследие . Вильнюс: Общество археологов Литвы, 2021, 88 с. ISBN  9786099590028
  • Вайда Камунтавичене (2021). «Религиозные верования русинов и древних литовцев в XVII веке по записям посещений католической церкви Вильнюсской епархии». В: Journal of Baltic Studies 46: 2, pp. 157-170. DOI: 10.1080 / 01629778.2021.1029956
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс . Mitinės lietuvių sakmių būtybės (1977) OCLC  186317016
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Laumių dovanos (1979) OCLC  5799779 (переведено на английский как литовские мифологические сказки в 1998 году)
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Senovės baltų pasaulėžiūra (1983) OCLC  10021017 (переведено на английский как Мировоззрение древних балтов в 1989 году, ISBN  978-5417000270 )
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Chtoniškasis lietuvi mitologijos pasaulis (1987) OCLC  18359555
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Baltų Religijos ir mitologijos šaltiniai (Источники балтийской религии и мифологии) , 4 тома. Mokslo ir enciklopedijų leidybos centras: 1996–2005, Вильнюс. ISBN  5-420-01518-8
  • (на литовском языке) Мария Гимбутас . Baltai priešistoriniais laikais: etnogenzė, materialinė kultūra ir mitologija . Вильнюс: «Мокслас», 1985.
  • (на литовском языке) Гинтарас Березенявичюс. Trumpas lietuvių ir prūsų Religijos žodynas . Вильнюс: Айдай, 2001. ISBN  9789955445319.
  • (на литовском языке) Мария Гимбутас . Balt mitologija: senovės lietuvių deivės ir dievai . Вильнюс: Lietuvos Rašytojų sąjungos leidykla, 2002. ISBN  9789986392118
  • (на литовском языке) Йонас Басанавичюс . Fragmenta mithologiae: Perkūnas – Velnias »(1887 м .; BsFM)
  • (на литовском языке) Йонас Басанавичюс . Iš senovės lietuvių mitologijos (1926 м .; 9)
  • (на литовском языке) Lietuvių mitologija: iš Norberto Vėliaus palikimo (Литовская мифология. Из наследия Норбертаса Велюса) , 3 тома. Минтис: 2021 ISBN  9785417010699
  • Арунас Вайцекаускас, Праздники древнего литовского календаря , 2021, Университет Витаутаса Великого, Versus Aureus. ISBN  978-609-467-018-3 , ISBN  978-609-467-017-6
  • (на литовском языке) Римантас Балсис. Lietuvi ir prūsų pagonybė: alkai, žyniai, stabai. Klaipėdos university leidykla: 2021, Клайпеда. ISBN  9789955188513
  • (на литовском языке) Римантас Балсис. Lietuvi ir prūsų Religinė elgsena: aukojimai, draudimai, teofanijos. Klaipėdos university leidykla: 2021, Клайпеда. ISBN  978-9955-18-928-2
  • (на литовском языке) Гинтарас Береснявичюс. Lietuvi Religija ir mitologija (Литовская религия и мифология). Tyto Alba: 2021, Вильнюс. ISBN  978-609-466-419-9
  • (на литовском языке) Роландас Крегждис. Baltų mitologemų etimologijos žodynas I: Kristburgo sutartis (Этимологический словарь балтийских мифологем I: Крайстбургский договор) . Lietuvos kultūros tyrimų institutas: 2021, Вильнюс. ISBN  978-9955-868-50-7
  • (на литовском языке) Роландас Крегждис. Baltų mitologemų etimologijos žodynas II: Sūduvi knygelė (Этимологический словарь балтийских мифологем II: Ятвигская книга) . Lietuvos kultūros tyrimų institutas: 2020, Вильнюс. ISBN  978-609-8231-18-2
  • (на литовском языке) Нийоле Лауринкене. Dangus baltų mitiniame pasaulėvaizdyje (Концепция неба в балтийском мифическом мировоззрении). Lietuvos literatūros ir tautosakos institutas: 2009, Вильнюс. ISBN  978-609-425-262-4
  • (на литовском языке) Нийоле Лауринкене. Senovės lietuvi dievas Perkūnas (Перкунас – бог древних литовцев) . Lietuvos literatūros ir tautosakos institutas: 1996, Вильнюс. ISBN  9986-513-14-6
  • (на литовском языке) Составитель Адомас Бутримас (2009). “Baltų menas / Искусство балтов”. Вильнюс: Vilniaus dailės akademijos leidykla. ISBN  978-9955-854-36-4
  • (на литовском языке) Дайва Вайткявичене (2008). ” Lietuvi užkalbėjimai: gydymo formulės / Литовские словесные лечебные чары “. Lietuvos literatūros ir tautosakos institutas: 2009, Вильнюс. ISBN  978-9955-698-94-4
  • (на немецком языке) Адальберт Безценбергер : Litauische Forschungen. Beiträge zur Kenntnis der Sprache und des Volkstums der Litauer . Пеппмюллер, Геттинген 1882.
  • (на немецком языке) Август Шлейхер : Lituanica . Abhandlungen der Wiener Akademie, Wien 1854. (über litauische Mythologie )
  • (на немецком языке) Эдмунд Векенштедт (Hrsg.): Mythen, Sagen und Legenden der Zamaiten (Litauer) . Гейдельберг 1883 (2 Bde.).
  • (на немецком языке) Эдуард Штурмс . Die Alkstätten в Litauen, Балтийский университет, 1946 год.

По сказкам:

Внешние ссылки

Верования древних литовцев

До XV в. Литва была языческой страной. Литовцы поклонялись многим богам, главным из которых был Диевас, выступавший в роли отца богов, подобно Зевсу или Юпитеру, который пребывал на небесах и управлял всей Вселенной. Следующим в порядке по нисходящей был Перкунос — бог грома, молнии и воздуха, родственный богу Перуну в язычестве древних славян. Этот бог, согласно литовским мифам, обитал на вершине высокой горы, передвигался по воздуху в колеснице и был старшим сыном Диеваса. Его заклятый враг — Велняс, известный также под именем Пикуолис, правил подземным миром и был богом магии. Среди других божеств мужского пола встречаются такие имена, как Бангпутис (бог моря), Жемепатис (бог земли и покровитель фермеров и домашних животных), Димстипатис (хранитель дома) и Патримпас (бог растений и плодов). Среди женских божеств самой значительной была Лайма — крылатая богиня судьбы, от которой зависело будущее благосостояние человека и которая могла сделать его несчастным с рождения. К женским божествам литовской мифологии относятся также Земина (мать-земля), Велиона (хранительница душ мертвых), Габия (воплощение огненной стихии), Мильда (олицетворение любви), Аушрине (утренняя звезда) и Вакарине (вечерняя звезда).

Языческие святилища у литовцев назывались «алкас» и обычно сооружались на возвышенности недалеко от реки или источника. Жрецы — кривис — совершали ритуалы под открытым небом, в тени деревьев, как правило, вековых дубов. Хотя нет никаких свидетельств, указывающих на то, что язычники поклонялись самим деревьям, последние были для них священными объектами, поскольку, как они верили, в них обитали боги. На самом деле язычники почитали всю природу, включая животных, среди которых наибольшим почтением пользовались ужи — залтис, считавшиеся особыми существами. Алтарями для язычников служили большие камни, сами же святилища имели весьма примитивную форму и обычно представляли собой круглое или овальное в основании сооружение, внутри которого находились изваяния, изображающие божества, и священный огонь, который постоянно горел и поддерживался жрицами-девственницами, называвшимися вайдилутес.

Язычники регулярно приносили жертвы богам. Человеческие жертвоприношения практиковались очень долго и имели место даже на последней стадии язычества. Однако в конце языческой эпохи вместо людей в жертву стали приносить имитирующие человека восковые фигуры. Тем не менее в литовском язычестве человеческая жизнь не считалась чем-то неприкосновенным. Самоубийство или даже массовое самоубийство рассматривалось как благородный поступок. Такая смерть была для язычников предпочтительнее, чем смерть от руки врага. Тела самоубийц и тех, кто по какой-либо другой причине преждевременно ушел из жизни, оставляли на земле для «доживания» отпущенного им срока, предсказанного при рождении.

Язычники свято верили в загробную жизнь, поэтому умерших хоронили вместе с пищей, напитками и домашней утварью. Умершим правителям устраивали пышные похороны. В 1382 г., всего за пять лет до принятия страной христианства, свергнутый великий князь Литовский Кестутис был похоронен вместе со своими лошадьми, соколами и собаками. Язычники верили в то, что душа покойного поднимается к небесам через гору Перкуноса, а легкость пути, который она проходила, направляясь к своей конечной инстанции, зависела только от того, насколько праведным был покойный при жизни. Грешники после смерти попадали в подземный мир, где им назначалась соответствующая форма вечного наказания за преступления, совершенные ими.

В Литве язычество продолжало существовать и после принятия христианства. В современной истории оно получило название Ромува. В определенные периоды наблюдались признаки его возрождения. Это было после образования Литовской республики, в период между мировыми войнами, а также после распада Советского Союза и обретения Литвой независимости. Язычество в его нынешней форме выражается главным образом в почитании природы; его также характеризует терпимое отношение неоязычников к другим религиям.

В отличие от авраамических религий (иудаизм, христианство, мусульманство), говорящих о верховном боге как о творце, а об остальном мире как о его творении, в язычестве бог и его творения неразделимы. Все, что сотворено богом, — часть бога. Причем, несмотря на то что акт творения произошел давным-давно, в языческой доктрине бог и его творения — это не что-то отдельное, это одно и то же. Бог стал всем миром. Он принес себя «в жертву», из самого себя создав весь мир. Но он при этом не умер, не исчез. Он растворился в созданном мире. Создав из себя весь мир, бог продолжает существовать.

В научной среде такая религиозная концепция называется «пантеизм», он был характерен и для русских: их языческие обряды сохранились и после принятия христианства в 980 г. И древние русичи, прежде чем срубить дерево, просили у него прошения. Идя в лес за грибами, ягодами, несли в лес хлебушек — лешему. Они же видели, что этот хлеб едят лесные звери. Однако не делали из этого выводов о том, что лешего не существует. Съели звери, птицы жертву — значит, леший принял подарок. Значит, позволит взять что-то ценное в лесу, не обидится. А ведь наши предки бывали в лесу чаше нас и лес лучше нашего знали. В этих обрядах виден не столько страх перед «лешими» или диким лесным зверьем, сколько уважение к лесу, понимание, что лес — это нечто цельное, единое, такое же живое и ценное, как мы с вами. Они приходили в лес не как хозяева, а как гости, уважающие хозяев. Хлеб, приносимый на алтари древних богов, наши предки выращивали сами. И он им давался трудом, потом и кровью. Он был для них несравнимо большей ценностью, чем сейчас для нас.

Древние понимали, как осуществляется энергетический обмен, который происходит подобно круговороту воды в природе. Так, в 8—10 м от дуба они возжигали костер. Костер есть проводник их обращения к богам, место психоинформационного тока энергии вверх, в космос. Оттуда приходит ответ богов в виде аналогичного тока на землю через дуб. Дубы вообще, как правило, растут на местах энергетического стока с неба в землю и усиливают этот сток. Вайделот, стоящий у костра и передающий волю богов, оказывался помешенным в этот энергооборот и познавал все его содержание. Так делались вещие предсказания. Дуб, получая энергетический поток из космоса, не только отдает его земле, но и разбрасывает вокруг себя, поэтому стояние у дуба бодрит. Так же бодрит и стояние у березы, а пребывание у осины и тополя угнетает. Ель выполняет ту или иную функцию в зависимости оттого, куда ориентированы концы ветвей. Если ветви подняты, то ель — энергетический донор.

За соблюдением обрядов следили жрецы. Литовские князья могли одновременно осуществлять и функции жрецов, что, возможно, зависело от авторитета военачальника. Жрецы призывались для ворожбы, объяснения сновидений. Еще в XVIII в. в лесах Литвы устраивались облавы — охоты местных дворян на белых стариков, которые были поставлены вне закона. Эти старики были вайделотами — литовскими жрецами. В то время считалось, что если ты говоришь по-литовски, то являешься язычником. Структура литовского языка такова, что непрерывно надо обращаться к языческим образам. Так, например, если возле большого озера есть малое озерко, то в литовских языковых формах эта ситуация будет передана в форме родственного отношения между старшим и младшим озерами. Старики устраивали тайные святилища, которые всегда составляли пару: дуб — огонь или камень — огонь. В камне обычно имелась выемка или специально сделанное углубление, где накапливалась роса или дождевая вода. (Один такой камень лежит в старом Вильнюсе на своем древнем месте, другие перенесены в столичный музей из деревень.)

Еще про Тора:  Мастер-класс изготовления куклы по мотивам народной куклы «Деревенский ангел». Воспитателям детских садов, школьным учителям и педагогам - Маам.ру

Среди историков религии существует точка зрения, что в чем-то языческая вера более совершенна, чем христианство. Если у христиан свят крест, то у язычников все свято, и это выражается символами, в которых все стороны одинаковы — крест с равными сторонами, так называемый крест Мары, солярные знаки и др. Мировоззрение, в котором все уравновешено, находится в гармонии, и называется дарна. Дарна — центральное понятие. Вечный день плох, как и вечная ночь. Хорошо, когда имеет место их удобное совмещение, которое и есть дарна. По дарне нет такого плохого, что не вывело бы к чему-то хорошему. Нет абсолютного добра и зла и нет разделения на злых и добрых богов. Дарна — это когда все своевременно и когда во всем соблюдена мера. Когда все само собой в мире происходит естественно и ничто, даже смерть, не рассматривается как насилие.

Человек счастлив, когда он пребывает в состоянии дарны. В жизни все у него само собой получается. Задача языческой веры как раз в том, чтобы создавать и поддерживать это состояние. Не во все исторические эпохи это возможно. Если человек не выполнил своего дела на земле, он переходит в веле, через некоторое время опять возрождается и продолжает дело. Дарна — не только покой, но и творческое созидание, и битва с врагами. Всякое дело может совершаться в состоянии дарны или вне его. Состояние дарны — это осознание того, что совершаешь естественное действие, которое необходимо для бытия мира. У христиан (католиков) нет доброго понимания мира, поэтому их стоит жалеть, как заблудших и утративших дарну. Древние разделяли время года на зиму и лето (у русских — Марена и Лада, у литовцев — Мара и Лайма). Позднее появились также весна и осень. Как у всех европейцев, у литовцев есть четыре основных праздника — на равноденствие и на солнцестояние.

Весеннее равноденствие — Великодень, когда умирает зима и рождается лето. В этот день на землю приходят велы. Велы — духи с неба, подобие наших русалий или южных вил. Как душа входит в тело, так и они ввязываются, впутываются в мир, и в нем начинается жизнь.

Вербное воскресенье — это праздник Велес (т.е. вел-русалий). Распустившаяся верба свидетельствует о том, что они вернулись, и потому праздник дарна — Великодень, Вербное воскресенье. Иначе говоря, наступление весны понимается как обретение миром гармонии. И это верно, поскольку мир пребывал в вечной весне до того, как появилась первая зима. Летнее солнцестояние — праздник росы, катание по росе. Купала. Осеннее равноденствие — прощание с велами. Зимнее солнцестояние — кормление предков и домашних ужей кутьей и двенадцатью различными блюдами.

В литовском язычестве издавна существовал культ ужей. В ужах жили души предков. Дети играли с ужами — это дедушки и прадедушки. Ужи ловили мышей, но из домашнего хозяйства по требованию костела их со временем вытеснила кошка. Уж на груди помогал от астмы. Ночью они заползали в постели, так что с ними спали. Предки живут в запредельном мире — за водой, за горой. Живут хорошо и спокойно, кто сколько хочет, но это для чистых. Существует связанная с этим культом народная легенда. Жил-был король ужей. Он полюбил королеву Эгле, и она стала его женой. Она родила от него двоих сыновей и двух дочерей. Люди узнали об этом, и это им не понравилось. Уж вынужден был покинуть семью и уплыл в море. Эгле раз в неделю приходила к берегу, произносила заклинание — и уж приплывал. Заклинание знали и их дети. Их стати пытать, чтобы выведать заклинание. Младшая дочь не выдержала и сказала. Тогда люди двинулись к берегу, произнесли заклинание, и уж выплыл. Его порубили мечами. После этого Эгле превратилась в ель, сыновья — в дуб и ясень, дочь — в березу, а выдавшая заклинание дочь стана осиной, листья которой все время дрожат. Так лес и ужи в нем стали жить своей жизнью, а люди — своей, и более они не могут понять друг друга. При этом хотя Эгле и превратилась в ель. она продолжает существовать в некоем ином, духовном пространстве как королева ужей. Эта легенда известна и на белорусском Полесье. В ней, как и в христианском Писании, звучит идея человеческого греха. Но здесь люди призваны не каяться и бичевать себя за грех предков, а задуматься над миром, в котором они живут. По свидетельству мона- ха-иезуита Иеронима Пражского, проповедовавшего в Литве в XV в., предметы языческого культа в разных частях Литвы были различны. В одной местности почитали ужей, в другой — огонь, в третьей — солнце, в четвертый — молот и т.д.

Древние верования литовцев отразились и в национальной музыкальной культуре. Так, литовская песня сохранилась как языческая, как форма сопротивления запретам католиков. Песнопение как мирный акт выражения позиции неприятия или сопротивления характерен для многих конфессий. В XVII в. русские старообрядцы широко использовали этот способ противодействия церковным реформам патриарха Никона. В Литве этот музыкальный способ протеста проявил себя много веков спустя — во время горбачевской перестройки конца 1980-х годов в виде «Поющей революции». Эпохи меняются, а национальный архетип сохраняется.

Значительная часть древней литовской песенной литературы состоит из траурных, или прощальных, песен — раудас, напоминающих русские причитания, «плачи». Богослужение на территории Литвы на литовском языке не велось. В Клайпеде же объявились протестанты. Они проявили гибкость и переложили все ритуалы богослужения на литовский язык, а затем на литовский язык стали переводить и христианские культовые песнопения. Но это уже были песни христианские. Поэтому в Клайпедском крае литовская языческая песня не сохранилась. Это позволяет сделать вывод, что история может научить многому, даже тому, какими приемами надо истреблять культуру!

Одним из важных для нас понятий, возрожденных литовским язычеством, является понятие святости. Дело в том, что многие русские язычники отрицают сам этот термин, оставляя его исключительно за христианством, а корень «свят» упорно переделывают в «свет». Например, «святой источник» пишут и читают как «светлый источник». Все это можно было бы отнести к разряду чудачеств, ибо на Белой Руси свят — означает свет, а свята — народный праздник. Поэтому изначально святой и святость — понятия не христианские, а народные, языческие. Опасность в том, что вместе с отказом от слова незаметно происходит отказ и от самого понятия.

У литовцев сохранилось старое понимание святости, которое значительно отличается от христианского. Это понятие связано в основном с Природой и относительно мало — с людьми. Святость есть не- обозначенная мировая жизнь и духовная сила, которая проявляется в природе. Неосязаемая святость облекается в образы природы, дабы человеку можно было через них приблизиться к божественности. В литовских обрядах особую роль играют святые песни (народные ритуальные песни), которые приобретают смысл и мощь святости именно во время обрядов. Балты имели свои песенные тексты — дайны. Понятие дайны совмещает в себе понятия веры, внутренней сути и духовной человеческой индивидуальности. Это та главная часть веры, которую христианство не смогло забрать у литовцев. Песни передавались из поколения в поколение как богатство и как вечный огонь.

Язычество как историко-культурный феномен в Литве сохранилось до наших дней, что подтверждает устойчивую духовную основу литовского этноса, его культурную защищенность. В настоящее время в Литве публикуются материалы руководителя «Ромувы» Йоноса Тринкуно- са, который 19 октября 2002 г. официально, в масштабах всей Литвы, был посвящен в сан верховного жреца Криве. Этот материал под названием «Балтийская традиция» был им передан кировскому областному издательству «Коляда Вятичей». Аналогичный материал Й. Тринкунос опубликовал в 2003 г. в шестом номере московского журнала «Наследие предков».

В июне 1998 г. в Вильнюсе проходил первый мировой языческий конгресс, получивший название Мировой конгресс этнических религий. Его место было выбрано с учетом того, что Литва до XV в. оставалась языческим государством. Сегодня в Литве язычество не только успешно развивается, но и органично входит в культуру своего народа. По духу литовский народ — языческий. Например, католики принимают участие в праздновании Купалы (праздника росы) наряду с язычниками. Участвовавшие в этом празднике студентки теологического факультета Вильнюсского университета не чувствовали за собой никакого греха.

Сегодня в Вильнюсе под кафедральным собором раскопаны ступени и фрагменты капища Перкуноса — центрального святилища литовских князей. 15 августа 1997 г. во время слета «Ромувы» (это одновременно община и движение продолжателей литовской языческой веры) в городке Ушпаляй в учительском помещении местной школы собрались семь представителей от Литвы, Латвии, Эстонии, Польши и России. Руководителем «Ромувы» Йоносом Тринкуносом было выдвинуто предложение создать объединение балтийских и славянских языческих организаций для взаиморазвития. Было выработано обращение следующего содержания: «Предлагаем создать Европейское природное религиозное объединение (ЕПРО), которое должно стать форумом для всех европейских живых и возрождающихся языческих религиозных организаций и групп. В объединение также могут вступать местные и региональные языческие объединения, основанные на национальных и исторических традициях. Наше предложение основывается на проектах, которые выдвигались в последние годы в Германии, Греции, Исландии, Литве. Мы, собравшиеся в г. Ушпаляй (Литва) представители литовских, латвийских, эстонских, польских, российских языческих движений, от имени Балтийско-Славянских регионов, объединяемся». В рамках ЕПРО представители балтийско-славянских общин создают Балтийско-Славянский координационный центр в Вильнюсе. Языческие традиции литовцев придают их национальной специфике среди европейских народов особый колорит. Позднее по сравнению с остальной Европой принятие литовцами христианства оценил известный французский лингвист Антуан Мейе, который писал: «Тот, кто хочет знать, как говорили наши предки, должен приехать и послушать, как говорит литовский крестьянин».

Вопросы для самопроверки

  • 1. Как следует охарактеризовать верования литовцев в начале 2-го тыс.?
  • 2. Назовите основные персонажи литовской мифологии.
  • 3. В чем основное отличие язычества от христианства?
  • 4. Какие формы язычества сохранились в традициях и обрядах современной Литвы?

Литература

Квятковская А. В. Ятвяжские могильники Беларуси. Вильнюс, 1998.

Пенник Н., Джонс П. История языческой Европы. СПб., 2000.

Шнирельман В. А. Нсоязычсство на постсоветском пространстве. М., 2001.

Юргинис Ю. М. Причины позднего распространения христианства в Литве. М.. 1970.

Еще про Тора:  Славянские Боги, языческий пантеон славян

Dunduliene Р. Givibcs medis lietuviu liaudes mcnc irtautosakoje. Kaunas, 1994.

GirninkasA. Baltu kulturos istakos. Vilnius, 1994.

Vokaru Baltai: etnogeneze ir etnine istorija. Vilnius, 1997.

Volkovaile-Kulikauskiene R. Lietuvai IX—XII amziais. Vilnius, 1970.

Дальнейшее чтение

О мифологии:

  • Римантас Бальсис. Язычество литовцев и пруссаков (2020). Klapėda, Klaipėdos university leidykla. ISBN  9786094810749
  • Дарий Баронас. Христиане в позднем язычестве и язычники в раннехристианской Литве: четырнадцатый и пятнадцатый века . Литовские исторические исследования. Вильнюс: Lietuvos istorijos institutas. 2021, Т. 19, стр. 51-81 ISSN  1392-2343
  • Манвидас Виткунас, Гинтаутас Забьела. Балтийские городища: неизведанное наследие . Вильнюс: Общество археологов Литвы, 2021, 88 с. ISBN  9786099590028
  • Вайда Камунтавичене (2021). «Религиозные верования русинов и древних литовцев в XVII веке по записям посещений католической церкви Вильнюсской епархии». В: Journal of Baltic Studies 46: 2, pp. 157-170. DOI: 10.1080 / 01629778.2021.1029956
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс . Mitinės lietuvių sakmių būtybės (1977) OCLC  186317016
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Laumių dovanos (1979) OCLC  5799779 (переведено на английский как литовские мифологические сказки в 1998 году)
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Senovės baltų pasaulėžiūra (1983) OCLC  10021017 (переведено на английский как Мировоззрение древних балтов в 1989 году, ISBN  978-5417000270 )
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Chtoniškasis lietuvi mitologijos pasaulis (1987) OCLC  18359555
  • (на литовском языке) Норбертас Велюс. Baltų Religijos ir mitologijos šaltiniai (Источники балтийской религии и мифологии) , 4 тома. Mokslo ir enciklopedijų leidybos centras: 1996–2005, Вильнюс. ISBN  5-420-01518-8
  • (на литовском языке) Мария Гимбутас . Baltai priešistoriniais laikais: etnogenzė, materialinė kultūra ir mitologija . Вильнюс: «Мокслас», 1985.
  • (на литовском языке) Гинтарас Березенявичюс. Trumpas lietuvių ir prūsų Religijos žodynas . Вильнюс: Айдай, 2001. ISBN  9789955445319.
  • (на литовском языке) Мария Гимбутас . Balt mitologija: senovės lietuvių deivės ir dievai . Вильнюс: Lietuvos Rašytojų sąjungos leidykla, 2002. ISBN  9789986392118
  • (на литовском языке) Йонас Басанавичюс . Fragmenta mithologiae: Perkūnas – Velnias »(1887 м .; BsFM)
  • (на литовском языке) Йонас Басанавичюс . Iš senovės lietuvių mitologijos (1926 м .; 9)
  • (на литовском языке) Lietuvių mitologija: iš Norberto Vėliaus palikimo (Литовская мифология. Из наследия Норбертаса Велюса) , 3 тома. Минтис: 2021 ISBN  9785417010699
  • Арунас Вайцекаускас, Праздники древнего литовского календаря , 2021, Университет Витаутаса Великого, Versus Aureus. ISBN  978-609-467-018-3 , ISBN  978-609-467-017-6
  • (на литовском языке) Римантас Балсис. Lietuvi ir prūsų pagonybė: alkai, žyniai, stabai. Klaipėdos university leidykla: 2021, Клайпеда. ISBN  9789955188513
  • (на литовском языке) Римантас Балсис. Lietuvi ir prūsų Religinė elgsena: aukojimai, draudimai, teofanijos. Klaipėdos university leidykla: 2021, Клайпеда. ISBN  978-9955-18-928-2
  • (на литовском языке) Гинтарас Береснявичюс. Lietuvi Religija ir mitologija (Литовская религия и мифология). Tyto Alba: 2021, Вильнюс. ISBN  978-609-466-419-9
  • (на литовском языке) Роландас Крегждис. Baltų mitologemų etimologijos žodynas I: Kristburgo sutartis (Этимологический словарь балтийских мифологем I: Крайстбургский договор) . Lietuvos kultūros tyrimų institutas: 2021, Вильнюс. ISBN  978-9955-868-50-7
  • (на литовском языке) Роландас Крегждис. Baltų mitologemų etimologijos žodynas II: Sūduvi knygelė (Этимологический словарь балтийских мифологем II: Ятвигская книга) . Lietuvos kultūros tyrimų institutas: 2020, Вильнюс. ISBN  978-609-8231-18-2
  • (на литовском языке) Нийоле Лауринкене. Dangus baltų mitiniame pasaulėvaizdyje (Концепция неба в балтийском мифическом мировоззрении). Lietuvos literatūros ir tautosakos institutas: 2009, Вильнюс. ISBN  978-609-425-262-4
  • (на литовском языке) Нийоле Лауринкене. Senovės lietuvi dievas Perkūnas (Перкунас – бог древних литовцев) . Lietuvos literatūros ir tautosakos institutas: 1996, Вильнюс. ISBN  9986-513-14-6
  • (на литовском языке) Составитель Адомас Бутримас (2009). “Baltų menas / Искусство балтов”. Вильнюс: Vilniaus dailės akademijos leidykla. ISBN  978-9955-854-36-4
  • (на литовском языке) Дайва Вайткявичене (2008). ” Lietuvi užkalbėjimai: gydymo formulės / Литовские словесные лечебные чары “. Lietuvos literatūros ir tautosakos institutas: 2009, Вильнюс. ISBN  978-9955-698-94-4
  • (на немецком языке) Адальберт Безценбергер : Litauische Forschungen. Beiträge zur Kenntnis der Sprache und des Volkstums der Litauer . Пеппмюллер, Геттинген 1882.
  • (на немецком языке) Август Шлейхер : Lituanica . Abhandlungen der Wiener Akademie, Wien 1854. (über litauische Mythologie )
  • (на немецком языке) Эдмунд Векенштедт (Hrsg.): Mythen, Sagen und Legenden der Zamaiten (Litauer) . Гейдельберг 1883 (2 Bde.).
  • (на немецком языке) Эдуард Штурмс . Die Alkstätten в Litauen, Балтийский университет, 1946 год.

По сказкам:

Дикари и язычники: 5 «школьных» заблуждений о великом княжестве литовском

Древняя Литва — это большая аномалия. Последний языческий народ, который должен был последовать за соседями и склониться перед завоевателями-крестоносцами, но не сделал этого. Вокруг этого народа собралось немалое количество мифов и заблуждений, которые мы постараемся развеять.

1. До появления крестоносцев литовцы жили тихо и мирно, а за оружие их заставили взяться немецкие захватчики
В языческой Европе война была нормой, а набег — формой хозяйственной деятельности. Все грабили-убивали-угоняли и не рефлексировали. Балты набегали на германцев и славян, а те не отставали.
Для защиты от литовцев князья возводили крепости, но русичи и сами ходили грабить балтов — начиная с Владимира-ещё-не-Крестителя, Ярослава Мудрого и Брячислава Изяславича.
Прибалтийские племена покорил князь-оборотень Всеслав-Чародей. В качестве данников литовцы бились в войсках полоцких князей, постигая премудрости феодальных разборок и конной войны.

Когда Русь погрузилась в усобицы и рассыпалась, литовцы как раз подошли к созданию своего государства. На просторы Восточной Европы выбрался жизнерадостный динозавр времён великого переселения народов — и удивился, сколько еды считается тут за хищников.
В 1183-м году литовские всадники впервые пронеслись по городенским и полоцким землям, ограбили владения Пскова и Новгорода. Русские князья не могли остановить всё более дальние и частые набеги, доходившие до Карелии. Рюриковичи разбивали отряды «безбожной Литвы» не однажды — но это ничего не меняло. Русские князья ходили в степи на половцев и другие племена и народы — но принудить к миру язычников с берегов Вилии так и не смогли.
А ведь крестоносцев в Балтике пока не было и в помине. Европейское рыцарство рубилось с сарацинами в Святой земле, кромсало друг друга или боролось со свирепыми славянскими пиратами. Первые крестоносцы пришли в Ливонию лишь после начала набегов литовцев на ливов из долины Даугавы.
2. Литовские воины были дикарями в шкурах с дубинами

Спору нет, даже при Миндовге литовские воины мало походили на блистательных дружинников в золоте, самоцветах и на дорогих конях — или на не менее живописных европейских рыцарей. Но не были они ни пешими мужиками в рубахах с щитами из корявых досок, ни тем более питекантропами из пещеры.
Неслучайно на литовском гербе изображён всадник. Уже в эпоху полоцкой гегемонии основу литовского войска составляла конница. Гораздо легче, чем рыцарская немецкого или русского образца — но зато куда более многочисленная и дешёвая. При дворах литовских князей бурно развивалось кузнечное ремесло и массовое коневодство.
Литовцы придумали свой ответ на вражеские кольчуги и щиты: дротики и тяжёлые метательные палицы, которые не требовали качественного железа.
Немецкие хроники запечатлели образы стремительной и вёрткой языческой конницы, засыпающей рыцарей ливнем острого и тяжёлого металла. Литовские воины настолько ценили метательные копья, что не восприняли ни «русские» луки, ни «немецкие» арбалеты.
Гордые носители титулов могли относиться к литовским всадникам в коже и плохом болотном железе с презрением, считать их дикарями — но те не раз и не два наносили им тяжёлые поражения, устраивали разорительные набеги и за два века с первого большого рейда построили огромнейшую европейскую державу своего времени.

Попыток поддержать другие языческие народы и племена ради язычества как такового литовцы не предпринимали. Они не раз поддерживали восстания соседей-балтов против крестоносцев — но из политических соображений, и при первом же случае сами вламывались в земли «единоверцев» огнём и мечом.
Предки латышей смирились с христианством и властью немцев не в последнюю очередь из-за того, что литовцы с их набегами казались страшнее крестоносцев.Ну и уж тем более литовские правители не пытались бороться с христианством в присоединённых русских землях. Более того, православные церкви скоро появились и в коренной Литве, в том числе в Вильне.
Язычество было идеологией не столько литовского государства, сколько аристократии и воинской корпорации. Католицизм так же объединял европейское рыцарство, а православие — русских князей, бояр и дружинников. Нести веру в Перкунаса другим племенам и народам никто не собирался.
4. Главной целью северных крестоносцев были литовские земли
Литовцы стали главной «занозой» на пути северных крестоносцев. Но их земли не слишком интересовали Тевтонский орден и его коллег.
Тевтонцы, покорив пруссов и подавив их восстания, очень скоро занялись в первую очередь экономикой и геополитикой. Дремучие леса жемайтов и аукштайтов их интересовали несравненно меньше контроля над устьями торговых рек и мазовецкими владениями.
Меченосцам и сменивших их ливонским рыцарям была нужна Рига и власть над долиной Даугавы. За это они упорно дрались с рижским епископом, который ничтоже сумняшеся звал на помощь православных русских и язычников-литовцев.

Единственное, что всерьёз интересовало немцев в литовских владениях, — Жемайтия и её побережье. Через неё можно было связать по суше ядро тевтонских владений в Пруссии с Ливонией и Курляндией. Собственно, её крестоносцы постоянно пытались то завоевать, то выменять или купить у литовских князей. А те использовали земли соплеменников в качестве разменной монеты. Только Витовт дважды отдавал жемайтские земли тевтонцам в разных политических комбинациях.
Собственно же Аукштайтия, лесная Дзукия и непокорная Нальша крестоносцев волновали не сильно. С литовцами и русскими они делили другие области Балтии. Грабить — да, а закрепляться там они хотели исключительно в фантазиях поздних историков, сочинявших романтические мифы о непримиримой борьбе предков с жуткими завоевателями.
5. Борьба крестоносцев с литовским язычеством была священной и непримиримой
Про отношение литовцев и их правителей к язычеству мы уже поговорили. Сакральность борьбы рыцарей Христовых с безбожными язычниками тоже несколько преувеличена.
Даже очень пафосные и благочестивые немецкие хроники не скрывают мотивации очень многих крестоносцев: грабить.
В этом смысле они удивительно честны. Благородные рыцари на их страницах только и делают, что разоряют чужие земли, радуются большой добыче или печалятся, что мало отжали.
Хуже того, в первые же десятилетия обнаружилось, что крестоносцы совсем не жаждут крещения литовцев. Точнее, нет — они не против и всячески за, но хотят сделать это сами.

А вот если литовцы примут свет Христовой веры мирно и самостоятельно, с благословения Святого Престола, то это очень плохо! История переговоров Миндовга и поздних литовских правителей о крещении полна эпизодами тайных путешествий, прорывов дипломатов — и охоты за переговорщиками тевтонцев. Всё что угодно, лишь бы не дать литовцам напрямую общаться с папским двором и получить крещение в обход ордена.
Цинизм и ирония ситуации ещё и в том, что и сами крестоносцы не слишком жаждали брать Вильну и крестить жестоковыйных аукштайтов. Бесконечная война с язычниками — смысл существования Тевтонского ордена. Это постоянный приток финансирования, это почтение католических дворов и помощь богатейших аристократических домов Европы. Если литовская угроза исчезнет — всё это кончится.
А какой совет директоров захочет подобного для своей корпорации? Вот и тевтонско-ливонские комтуры не хотели. Ради выгоды орденов война с литовцами должна была длиться вечно — и литовцам стоило оставаться язычниками!
Перечисленные мифы — самые «простые» и очевидные. Оставшиеся пять гораздо солиднее. Вокруг них по сей день ломаются копья с клавиатурами и пылают стулья сразу в нескольких восточноевропейских странах.
Их мы обсудим в следующий раз. Продолжение следует!
Источник

Еще про Тора:  Молитва Викингов скачать mp3 бесплатно и слушать онлайн на Хотплеере

Источники и доказательства

Литовская мифология - Lithuanian mythology - abcdef.wiki

Фрески с мотивами литовской мифологии в Центре литовских исследований

Вильнюсского университета

.

Литовская мифология - Lithuanian mythology - abcdef.wiki

Литва в

Маппа Мунди

из

Пьетро Весконт

, 1321. Надпись гласит:

Letvini Pagani

– языческие литовцев.

Литовская мифология - Lithuanian mythology - abcdef.wiki

Жалтыс

и Благодатный огонь изображены в

Carta Marina

Олауса Магнуса над надписью LITVANIE PARS.

Литовская мифология - Lithuanian mythology - abcdef.wiki

Старый жертвенный камень в Литве

Ранняя литовская религия и обычаи основывались на устной традиции. Поэтому самые первые записи о литовской мифологии и верованиях сделали путешественники, христианские миссионеры, летописцы и историки. Оригинальная литовская устная традиция частично сохранилась в национальных ритуальных и праздничных песнях и легендах, которые начали записываться в 18 веке.

Первые сведения о прибалтийской религии были записаны Геродотом, описывающим Неври ( Νευροί ) в его Истории, а Тацитом в его Германии упоминается Эстий, носящий фигуры кабанов и поклоняющийся Матери богов .

Неври были упомянуты римским географом Помпонием Мела . В 9 веке есть одно свидетельство о прусских (эстийских) погребальных традициях Вульфстана . В 11 веке Адам Бременский упомянул пруссаков, живших в Самбии, и их священные рощи.

Первый записанный балтийский миф – «Повесть о Совиусе» – была обнаружена как дополнительная вставка в копию « Хронографии» ( Χρονογραφία ) греческого летописца из Антиохии Иоанна Малала, переписанную в 1262 году в Литве.

Это первый зарегистрированный балтийский миф, который также занимает первое место среди мифов других народов – греческого, римского и других. Повесть Совьего описывает установление обычая кремации , которая была распространена среди литовцев и других стран Балтии.

Когда начался Прусский крестовый поход и Литовский крестовый поход , было записано больше информации из первых рук о верованиях прибалтов, но эти записи были смешаны с пропагандой о неверных . Одним из первых ценных источников является Кристбургский договор 1249 года между языческими прусскими кланами, представленными папским легатом, и тевтонскими рыцарями.

В нем упоминается поклонение Куркасу ( Курче ), богу урожая и зерна, языческим жрецам ( Tulissones vel Ligaschones ), совершавшим определенные ритуалы на похоронах.

Chronicon terrae Prussiae – главный источник информации о сражениях Ордена со старопруссами и литовцами. В нем упоминается прусская религия и центр балтийской религии – Ромува , где живет Криве-Кривайто как могущественный священник, которого высоко ценили пруссаки, литовцы и балты Ливонии.

Ливонская рифмованная хроника, охватывающая период с 1180 по 1343 год, содержит записи об этическом кодексе литовцев и балтийцев.

Описания террарума , написанные анонимным автором в середине 13 века. Автор был гостем на коронации литовского короля Миндаугаса . Автор также упомянул, что литовцы, йотвинги и нальсенианцы довольно легко приняли христианство, поскольку их монахини в детстве обычно были христианками, но христианство в Жемайтии было введено только с помощью меча.

Die Littauischen Wegeberichte ( Описание литовских маршрутов ) – это сборник из 100 маршрутов в западное Великое княжество Литовское, подготовленный тевтонскими рыцарями и их шпионами в 1384–1402 годах. Он содержит описания и упоминания литовских святых рощ и жертвенных мест – алкасов .

Ипатьевский кодекс, написанный в 1425 году, упоминает литовских богов и обычаи.

Симон Грунау был автором книги Preussische Chronik , написанной где-то между 1517 и 1529 годами. Она стала основным источником для исследований прусской мифологии и одним из основных источников литовских исследователей и реконструкторов мифологии. Это был первый источник, описывающий флаг Вайдевутиса. Однако в книге было много сомнительных идей.

Французский теолог и кардинал Римско-католической церкви Пьер д’Айи упоминает Солнце ( Сауле ) как одного из важнейших литовских богов, которое омолаживает мир как его дух. Как и римляне, литовцы полностью посвящают воскресенье Солнцу. Хотя они поклоняются Солнцу, у них нет храмов. Астрономия литовцев основана на Лунном календаре.

Энеа Сильвио Бартоломео Пикколомини, впоследствии ставший Папой Пием II , в разделе « Европа» своей книги « Historia rerum ubique gestarum» цитирует Иеронима Пражского , который засвидетельствовал, что литовцы поклоняются Солнцу и железному молотку, который использовался для освобождения Солнца от непогоды. башня. Он упомянул также, что христианские миссионеры срезают священные рощи и дубы, которые литовцы считали домами богов.

Ян Ласицкий создал De diis Samagitarum caeterorumque Sarmatarum et falsorum Christianorum ( Относительно богов самагитян, других сарматов и лжехристиан ) – написано ок. 1582 и опубликован в 1615 году, хотя в нем есть некоторые важные факты, он также содержит много неточностей, поскольку он не знал литовского языка и полагался на рассказы других.

Список литовских богов, составленный Яном Ласицким, до сих пор считается важным и представляющим интерес для литовской мифологии. Позднее на его работы опирались исследователи Теодор Нарбут , Симонас Даукантас и Йонас Басанавичюс .

Маттеус Прэториус в своем двухтомнике Deliciae Prussicae oder Preussische Schaubühne , написанном в 1690 году, собрал факты о прусских и литовских ритуалах. Он идеализировал культуру пруссаков, считал ее принадлежащей культуре античного мира.

Книга Судовиана была анонимным произведением об обычаях, религии и повседневной жизни пруссаков из Самбии ( Семба ). Рукопись написана на немецком языке в 16 веке. Книга включала в себя список прусских богов, отсортированных в порядке убывания от неба до земли и подземного мира, и была важным источником для реконструкции балтийской и литовской мифологии.

Пантеон литовских богов

Литовская мифология - Lithuanian mythology - abcdef.wiki

Воображаемое святилище

Ромува

в

Пруссии

. Из книги Кристофа Харткноха

Alt- und neues Preussen

(

Старая и Новая Пруссия

), 1684 год.

Литовская мифология - Lithuanian mythology - abcdef.wiki

Предполагаемый флаг

Вайдевутиса

Пантеон литовцев формировался тысячелетиями путем слияния доиндоевропейских и индоевропейских традиций. Женские боги, такие как Жемина (богиня земли), приписываются доиндоевропейской традиции, в то время как очень выразительный бог грома Перкунас считается происходящим из индоевропейской религии . Иерархия богов зависела также от социальных слоев древнего литовского общества.

Диевас , также называемый Диевас сенелис («Бог стариков»), Дангаус Диевас («Бог небес») – верховный бог неба. Он происходит от протоиндоевропейского * deiwos , «небесный» или «сияющий», от того же корня, что и * Dyēus , реконструированный главный бог протоиндоевропейского пантеона .

Это относится к древнегреческому Зевсу ( Ζευς или Δίας ), Латинская Dius Fidius , Luvian Tiwat , немецкой Тюра . Имя Диевас используется в христианстве как имя Бога .

Андаюс ( Andajas , Andojas ) упоминается в летописях как самый могущественный и высший бог литовцев. Литовцы выкрикивали его имя в бою. Возможно, это просто эпитет верховного бога – Диеваса .

Перкунас , бог грома, также synonimically называется Dundulis , Bruzgulis , Dievaitis , Grumutis и т.д. Это тесно связанно с другими грозовыми богами во многих индоевропейских мифологиях:

Ведическая парджанйа , кельтские TARANIS , германский Тор , славянский Перун . Финский и мордовский / эрзинский бог грома по имени Пурджинепаз проявляется в фольклорных сюжетах, которые напоминают образы литовского Перкунаса . Перкунас – помощник и исполнитель завещания Диеваса. Он также ассоциируется с дубом.

Dievo sūneliai («сыновья Диеваса ») – Ашвеняй , тащащий по небу карету Сауле (Солнца). Подобно греческим Диоскурам Кастор и Поллукс , это миф о Божественных близнецах, общий для индоевропейской мифологии.

Два общепринятых потомка Божественных Близнецов, ведические ашвины и литовский ашвиняй , являются лингвистическими родственниками, в конечном итоге происходящими от протоиндоевропейского слова, обозначающего лошадь , * h₁éḱwos .

Они связаны с санскритской áśva и авестийской aspā (от индоиранского * aćua ), а также с древне-литовской ašva , все они имеют значение « кобыла ».

Велниас ( Velas , Velinas ) – хтонический бог подземного мира , связанный с культом мертвых. Корень у этого слова такой же, как у литовского : vėlė («душа умершего»).

После введения христианства его стали отождествлять со злом, а Велний стал литовским именем дьявола . В некоторых сказках Велний (дьявол) был первым хозяином огня. Бог послал ласточку, которой удалось украсть огонь .

Жемина ( Žemė , Žemelė ) (из Литвы : žemė «земля») является богиней земли . Это относится к фракийской Земеле ( мать-земля ), греч.

Семеле ( Σεμέλη ). Ее обычно считают богиней-матерью и одним из главных литовских богов. Жемина олицетворяет плодородную землю и питает все живое на земле, человека, растения и животных.

Считается, что богиня замужем за Перкунасом (богом грома) или Праамжиусом (проявлением главного небесного бога Диеваса ). Таким образом, пара образовала типичную индоевропейскую пару мать-земля и отец-небо.

Считалось, что каждую весну землю нужно пропитать Перкунасом – небесным дождем и громом. Перкунас открывает ( атракина ) Землю. Запрещалось пахать и сеять до первого грома, потому что земля будет бесплодной.

Жверине ( Žvorūna , vorūnė ) – богиня охоты и лесных зверей. Медеина – это имя в других источниках.

Медейна – богиня леса и охоты. Исследователи предполагают, что ей и Жверине (vorūnė) могли поклоняться как одной богине.

Emėpatis (от литовского : žemė «земля» и литовского : pàts «автономный орган , принимающий решения, правитель»; или «земной супруг») – бог земли, урожая, собственности и усадьбы.

Авайгждикис (Žvaigždystis, Žvaigždukas, Švaistikas) – бог звезд, могущественный бог света, дававший свет посевам, траве и животным. Он был известен как Svaikstikas (Suaxtix, Swayxtix, Schwayxtix, Schwaytestix) на ятвягов .

Габиджа (также известная как Габиета, Габета, Матергабиджа, Пеленгабиджа) – дух или богиня огня . Она защитница семейного очага ( šeimos židinys ) и семьи. Ее имя происходит от (от литовского : gaubti – прикрывать, защищать).

Laima (из Литвы : lemti – «предназначать») или Laimė – это судьба Податель богиней.

Бангпутис (от литовского : banga ‘волна’ и литовского : pūsti ‘дуть’) – бог моря, ветра, волн и шторма. Ему поклонялись рыбаки и моряки.

Телиавелис / Калевелис – бог-кузнец или бог дорог. Впервые упоминается в копии Хронографии (Χρονογραφία) Джона Малаласа 1262 года как Teliavel . Литовский лингвист Казимирас Буга реконструировал предыдущую форму – Kalvelis (от литовского : kalvis «кузнец» в уменьшительной форме).

Телиавелис / Калевелис освободил Сауле (Солнце) от тьмы своим железным молотом. В литовских сказках, записанных значительно позже, очень часто встречается противопоставление калвиса (кузнеца) и велнии (дьявола).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector