Что такое поганизм? | Славянские термины

1.1. Мужская и женская символика

Названия змеи, представленные у славян— *гтъ}-, *QZb, *gad-, *smok?,, *guja, выступают в различных языках и диалектах и как родовые наименования (рус. змея, гад, гадина, в.-луж. had, пол. wqz, рус.-ц.-слав. смокъ, болг. гуя, серб.-хорв. guja), и как видовые (пол. zmija, чеш. zmije, в.-луж. zmijica ‘гадюка’; рус. гадюка, уж; в.-луж. wuz ‘кольчатый уж’; болг. смок ‘уж, медяница’; серб.-хорв. гуја ‘детская глиста’) (Фаем. 3: 689, 1: 381, 2: 100, 4: 150, ЭССЯ 7:168).

Различию этих лексем в грамматическом роде в семантическом плане соответствует мужская и женская символика обозначаемых ими змеиных персонажей: например, у русских — уж и змея, гад и гадина, змей и змея, у поляков — змея (wqz) и гадюка (zmija), у болгар — уж (смок) и змея (змия), змей (змей) и змеиха (змиица, ала) и т. д.

Это противопоставление находит, в частности, выражение в существовании сходных сюжетов о муже-уже (СУС 425М) и о же- не-змее (СУС 409*), в русской поговорке «Жена да муж — змея да уж» (Даль 1: 686), в полесском поверье, что уж спаривается с гадюкой (Волынскаяобл.

, Ратновский р-н, Щедрогор, Тол.ЛУДЖ: 25),§2. Змееподобные279в македонском представлении о змее и «ламе» (женском змеином демоне) как брате и сестре (р-н Велеса, Бен.ЗБФ: 107).Мужская символика змеи (ужа, гада, змея) проявляется в снотолкованиях: поймать ужа — женщине к беременности и рождению сына (Брестская обл.

, Малоритский р-н, Олтуш, зап. автора), «вуж сница — кажуть, то муж» (Гомельскаяобл., Мозырский р-н, Жаховичи, зап. С. М. Толстой; Ровенскаяобл., Рокитновский р-н, Каменное, Лесовое, зап. автора), «гуж, гад — чоловик, хозяин, му- жык», если он снится девушке, то к жениху, если жене, находящейся в разлуке с мужем, то к приезду мужа (Ровенская обл.

, Ду- бровицкий р-н, Озерск, зап. автора), если девушке приснится змея (wqz), то за ней станет ухаживать поклонник (Польша, Белостоцкое воев., Понаревье, Glog.ZM: 106, кашубы, Sych.SGK 5: 33); в сказочном образе царевича-змеи (СУС 433В); в мужском облике летающего змея.

Мужской образ змеи тесно связан с ее фаллической символикой. Она проявляется, например, в некоторых изображениях змеи (Георг.БНМ: 104), в польской эротической загадке: «W dzien jak uobr$c, w nocy jak wqz, / kto uodgadnie, bgdzie mój іщг» [Днем как кольцо, ночью как змея, кто отгадает, будет моим мужем] (Краковский пов.

, Чарна Весь, Кроводжа, Лобзув, Нова Весь, Gust.ZLL: 232), в русской поговорке женщин о мужчинах: «Гала- вища в маслище, сапажища в дегтище, а партки набиты змеей» (Калужский у., Усп.ФР: 65). С фаллической символикой связаны также различные магические действия со змеей, призванные обеспечить зачатие, например использование у родопских болгар и у македонцев одежды, через которую переползли змеи при первом их появлении весной, как средства от бесплодия (Бен.ЗБФ: 27, Ђор.ПВП 2:170), а также поверья о сожительстве летающего змея с женщинами.

Женская символика змеи (гадюки) представлена в южнославянских поверьях о превращении змеи в девушку, в сербской легенде о том, что носатая гадюка (кљечатица) была прежде девушкой по имени Мария (Нишский окр., Руйник, Ђор.ПВП 2: 120), в обращении к змее в болгарских заклинаниях по имени праматери человеческого рода — Ева (Бен.ЗБФ: 22), в русской поговорке «Злая Ясена та же змея» (Даль 1: 686), в толковании сна: змея укусит — значит, какая-нибудь женщина навредит (Брестскаяобл., Мало- Ритский р-н, Олтуш, зап. автора), в мифологическом и лексическом

280отождествлении ведьмы (особенно в купальскую ночь) со змеей (полес. бреет, змея ‘ведьма’, зал. автора) и т. д.Противопоставление по признаку «мужской— женский», которое обнаруживается в названиях и символике змей, может быть и исходным пунктом семантических разграничений змеиных персонажей.

Начальную ступень противопоставления по этому признаку можно видеть, например, у боснийцев, у которых терминологическому различию между змеей-самкой (плавострик) и змеей-сам- цом (црнострик) соответствует разная степень ядовитости этих змей: змея женского пола считается более ядовитой и опасной для человека, чем мужского (Ђор.ПВП 2:132).

В ряде традиций можно наблюдать тенденцию к преодолению семантической двойственности, амбивалентности единого образа змеи, в результате чего отрицательное начало сосредотачивается в женском образе змеи (или, более конкретно, ядовитой змеи, гадюки), а носителем положительного начала (прежде всего различных покровительственных функций) становится уж как мужской персонаж.

В дальнейшем, как это убедительно показано М. Беновской-Сыбковой на болгарском материале, такая тенденция приводит к появлению двух противоположных образов летающего змея, характерных для южнославянской традиции, — халы (алы) или лами, женского образа змея-вредителя типа дракона, развивающего негативную символику двойственного образа змеи (см.: Бен.ЗБФ: 53-54, 94-95), и змея, мужского демона, противника «халы» и «лами», по преимуществу защитника и покровителя, генетически связанного с ужом (см.: там же: 96-100).2.1.2.

Нечистая, дьявольская природаПредставление о змее как существе нечистом и враждебном в известной степени восходит к библейско-христианской традиции, рассматривающей змею как воплощение сатаны. В народе змея часто воспринимается как дьявольская тварь.

В южном Под- лясье присутствие змеи возле дома воспринимается как присутствие дьявола (Хелмское воев., р-н Влодавы, Горостыта, ArchKEUW А45). Поляки Жешовского воев. сон о змее толкуют как видение сатаны (Ропчице, ArchMEK 1/1432 II/1127). Творением дьявола считают змею жители Череповецкого у.

Новгородской губ. (Ант.СПМ: 3). Сербская легенда так повествует о сотворении змеи: дьявол§2. Змееподобные281создал из земли человека по образцу ангела, созданного Богом, и забросил его на солнце сушиться. С ног человека стекала вода и капала на землю, образовав на ней извилистый след.

Желая оживить человека, дьявол вдохнул ему в уста свою нечистую силу, отчего из заднего прохода человека вышел смрадный дух, прошедший через его ноги к мокрой борозде на земле. Борозда ожила и стала змеей (Вольт. СЛДЦ: 102). Как гласит болгарская легенда, все гады — змеи, мыши и кроты — вышли из тела дьявола, который лопнул от запаха ладана (Поп.КПНК: 75).

В пинском Полесье происхождение змеи связывают с ангелом, сброшенным Богом с небес на землю (Пинский р-н, Камень, зап. автора), а архангельские поморы верят, что змеи попадали на землю с небес при свержении в преисподнюю нечистой силы (Кемскийу., Сумской посад, Зел.ОРАГО 1: 51).

Согласно далматинской легенде, змеи и прочая нечисть и злые духи (волки, псы, ведьмы, «вилы») произошли из крови Каина, убившего своего брата (Полица, І?ап.Р 10: 254).В легенде из Могилевской губ. говорится, что когда Христос ходил по земле с апостолами, евреи спрятали под корыто дьявола и предложили Христу угадать, кто там спрятан.

Христос ответил, что под корытом гад. Открыли корыто, а там свернувшийся гад. Михаил-архангел разрубил его на двенадцать кусков, и они расползлись по свету. Так произошли змеи (Мстиславский у., Хотьсла- вичи, Ром.БС 4: 160). По поверью поляков Сандомирской Пущи, змея, гадюка — это сам дьявол, незаметно подстерегающий человека повсюду (р-н Тарнобжега и Ниско, Wierzch.ME: 211).

В некоторых районах Болгарии верят, что в аду змея мучит грешников на огне, что змеи обвивают грешников и сосут их (Кызылагач, Па- нагюриште, Марин.НВ: 104). Даже сам ад (ада несата) болгары представляют иногда в виде огромной змеи (р-ны Тырнова, Свиш- това, Орхание, там же).

На апокрифический источник этого представления указывает И. Георгиева (см.: Георг.БНМ: 58). Библейский по происхождению образ ада как змея свойствен и восточно- славянской традиции (см.: Усп.ФР: 58-59). Неких черных летающих змей, которые после пребывания в аду вернулись на землю и опасны для скота и человека, в Болгарии называют табуистиче- ски: дявол или звяр.

282грехов (Haase ?ВО: 223; Георг.БНМ: 63, Пловдивский окр., Кардовский р-н, Старосел, АрхЕИМ 880-ІІ: 80). В западном Полесье говорят: «Забьеш ужа — Бох пять грихив простыть тоби» (Брестская обл., Малоритский р-н, Мокраны, зап. автора).Некоторые народные легенды указывают на происхождение змей из огромного змея.

Так, в Олонецкой губ. известный книжный сюжет о св. Егории, победившем змея и освободившем королевну Олесафию, завершается тем, что Олесафия сжигает приведенного в город змея и развеивает по ветру его пепел, от которого и зародились все змеи (Пудожский у.

, Шальский погост, OJI: 62). В македонской легенде пастух св. Димитрия по имени Нестор убивает «алу» (дракона), из чрева которой вышло множество змей, мышей, ящериц и других гадов, расплодившихся по всей земле (Пирот- ский окр., Ђор.ПВП 2: 187, 1: 306).

Сербы Височкой Нахии видят в змеях обращенных людей: некогда существовал народ, который был изгнан и обращен в змей (Фил.ВН: 195).Распространены легенды о змее, связанные со всемирным потопом. В Полесье рассказывают, что уж заткнул в Ноевом ковчеге дыру, которую пробила рыба (Ровенскаяобл.

, Рокитновский р-н, Каменное, зап. автора), пролизал дьявол (Брестская обл., Малоритский р-н, Мокраны, зап. автора) или прогрызла мышь, за что в награду Бог дал ему желтые и красные «заушницы» (Ровенская обл., Дубровицкий р-н, Озерск, зап. автора). Тот же мотив присутствует и в южнославянских, в частности боснийских и хорватских, легендах: змея заткнула собой дыру в ковчеге, которую прогрызла мышь.

За спасение жизни на земле змея получила право питаться человеческим и птичьим мясом (Босния, р-н Мостара, Ђор.ПВП 1: 119-120, 2: 172-173) или пить человеческую кровь (Хорватия, р-н Карловаца, там же 1: 119-120, 2:173). Ласточка, узнав об этом, сказала змее, что надо иметь хороший язык, чтобы есть человеческое мясо, и попросила ее показать его.

Стоило змее высунуть язык, как ласточка клюнула в него и он навсегда остался расщепленным (Босния, р-н Мостара, там же 1:120, 2:172-173).2.1.3. Хтоническая символикаЗмея и ласточка выступают антагонистами и в других южнославянских легендах. Так, сербские легенды объясняют наличие у ласточки рассеченного хвоста тем, что змея схватила ее за хвост и§2.

Змееподобные283откусила половину (Темнич, Конюх, Ђор.ПВП 1: 25, 122). Ласточка спасла солнце на небе, которое поглощала змея. В Боснии и Герцеговине считают, что ласточка спрятала от змеи под крыльями четверть солнца (там же 1: 23). В Далмации рассказывают, что в давние времена на небе было три или четыре солнца.

Змея поглотила, всосала в себя все их, кроме одного, которое ласточка укрыла под своим крылом. Два «слепых солнца», которые порой видны на небе, это те, что были поглощены змеей, а то, что согревает нас и поныне, сохранила нам ласточка (Буковица, Будак, там же 1: 21, 22).

Или говорят, что на солнце было десять лучей (zdraka), змея проглотила («выпила») девять из них, а десятый ласточка спасла под своим крылом (Полица, І?ап.Р 10: 223). В легенде родопских болгар говорится, что змея укусила солнце в глаз, когда оно однажды наклонилось, чтобы напиться воды (р-н Ахы- челеби, Шиш.ЖМРП: 163).

Поверье о том, что солнце имело два или много глаз, но змея их высосала, известно у болгар центральных Родоп и района Самокова (Георг.БНМ: 17). Согласно легендам из Босанской Краины и Лики, огромная змея всосала в себя два солнца, а третье спасли ласточка и ящерица (Ђор.ПВП 2:

21- 22, 111, 191). Считают также, что одно солнце укрыла ящерица, а второе, «выпитое» змеей, так наз. «слепое солнце», видно иногда зимой сквозь облака (Лика, Осикская община, там же 1: 21). В черногорской легенде два из трех солнц поглотил, высосал летающий змей «аждая» (Георг.БНМ: 21).

Роль змеи как противника солнца объясняется тем, что она воплощает в себе хтоническое начало. Будучи связана с подземным мраком, она противостоит солнцу как источнику света. Антагонизм змеи и солнца, наиболее отчетливо проявляющийся в сербских и хорватских легендах, вскрывается в поверьях из целого ряда других славянских зон, что указывает на архаичность этого мифологического мотива, на принадлежность его к праславянскому пласту верований.

Так, болгары верят, что солнце радуется каждой Убитой змее, потому что змея высосала у солнца один глаз (р-н Кы- зылагача, Дерекёй, Марин.НВ: 105). Согласно боснийскому поверью, солнце от радости останавливается, чтобы посмотреть на убитую змею (Жепче, Ђор.ПВП 2: 19).

284убитой человеком змее радуются ангелы на небе и говорят: «Мрав уби аждају!» [Муравей убил змея!] (р-н р. Зеты, Ђор.ПВП 2: 159).Взгляд змеи обладает магической силой воздействия на солнце. Как считают болгары Родоп и района Самокова, солнце не может зайти, если змея на него посмотрит (Георг.БНМ: 61).

По малопольскому поверью, солнце перестало бы светить, если бы змея (гадюка) смотрела на него, потому что своими глазами она способна вытянуть из него всю силу (р-н Тарнобжега и Ниско, Wierzch.ME: 211). В Боснии и Герцеговине считают, что чем чаще змеи смотрят на солнце, тем более они ядовиты.

Самыми ядовитыми считаются те, которые смотрят на него девять дней в году. Более девяти дней Бог запретил змеям смотреть на солнце. Менее ядовиты те, что смотрят на солнце шесть дней, и еще менее ядовиты те, что смотрят на него всего три дня в году (Ђор.ПВП 2: 132).

Белорусы Витебской губ. верят, что змеи, греясь на солнце или лежа в тени, сосут солнце, отчего летом оно постепенно уменьшается и снова отрастает за зиму, когда змеи его не видят. Поэтому змей следует всегда убивать, иначе их разведется столько, что они могут совсем уничтожить солнце (Витебский у.

, Веляшковичи, Никиф.ППП: 199).Убитую змею нужно зарыть в землю или в крайнем случае повесить в тени, куда не заглядывает солнце. Если же змея останется не зарытой, то солнце начнет тускло светить и прятаться за тучи, так как ему неприятно видеть своего «земного врага».

На человека, пощадившего змею и не убившего ее, три дня не будет светить солнце (Витебская губ., там же: 200). По поверью украинцев Черниговской губ., убитую змею нйльзя оставлять на солнце, а нужно отнести в тень, чтобы не причинить зла солнцу. Говорят:

«Не кидай на сонці, бо сонце плакатиме» (Остерский у., Староселье, Загл.ПСД: 141). Точно так же в северо-восточной Великополыпе убитую змею закапывают, чтобы солнце ее не видело (совр. Влоц- лавское воев., пов. Рыпин, Щутово, ArchKESUJ 7856/10а), а в Ма- лополыпе тщательно закрывают от солнца, чтобы оно не светило на змею, иначе солнце померкнет (р-н Нового Сонча, Забжеж, р-н Ве- лички, Сеправ, ZawiI.PZUL: 253).

Аналогичное объяснение этому дают и в восточной Силезии: солнце меркнет от змеи, оставленной не закрытой, и «болеет» — становится красным (совр. Катовицкое воев., Беньковице, ArchMEK 1/1515 II/1210: 7а). В районе Тарнобжега говорят, что солнце на заходе бывает кроваво-красным, когда видит убитую змею, которую не закопали в землю (пов.

Тарнобжег§2. Змееподобные285и Ниско, Wierzch.ME: 211). В Серадзском воев. считают, что солнце не должно смотреть на змею, поэтому убитую змею нужно закопать, иначе солнце будет плакать, смотря на такую мерзость, будет плакать и болеть, потому что змея имеет яд (пов.

Ласк, Хоцив, ArchKESUJ 7856/20а, 20Ь). В Тарновском воев. говорят, что если змея вылезет греться на солнце, солнце от этого «болеет» и слабо светит (пов. Бжеско, Воля Пшемыковска, там же 7856/123). В восточном Поморье полагают, что змея просто не любит смотреть на солнце (совр.

Гданьское воев., пов. Старогард, Бжезьно, там же 7856/За, Ь), а в районе Нового Тарга змею, неподвижно лежащую уставившись на солнце, считают «обезумевшей» (Врублювка, там же 1370: 12). В Подгалье дается такое непонятное объяснение: на солнце смотрят гады, у которых «голова, как сердце»; зачем они смотрят на солнце, информанты не знают (Новосондецкое воев.

, Ви- тув, Пшыс, Плазувка, ArchKESUJ 7249:14).С антагонизмом солнца и змеи связано и распространенное поверье, что убитая и даже разрубленная на части змея будет двигаться, скакать и не подохнет, пока не зайдет солнце (Покутье, Kolb.DW 32: 323; Люблинское воев., там же 17: 147, совр.

Катовицкое воев., пов. Рыбник, Лыски, Вильча Гурна, ArchKESUJ 7856/112b, 113а, совр. Лешненское воев., пов. Липно, Кробя, там же 7856/8а, совр. Влоцлавское воев., пов. Рыпин, Щутово, там же 7856/10а, совр. Эльблонгское воев., Мораны, картотека ArchPAE, Ольштынское воев.

, р-нОструды, Решки, Szyf.ZOW: 137; Лужица, Зилов, Veck.WSMAG: 401; болгары Баната, Телб.БББ: 185; Черногория, племя кучи, Ъор.ПВП 2: 158). Показательно в этом отношении и поверье из юго-западной Болгарии, что для излечения от змеиного укуса следует подставить рану солнцу, так, чтобы оно грело это место (р-н Разлога, Георг.БНМ: 61).

Аналогично и на западе Великополыни считают, что укушенному змеей нельзя находиться в доме (под крышей), а нужно держать его под открытым небом, иначе ему станет хуже (Влоцлавское воев., пов. Рыпин, Щутово, ArchKESUJ 7856/10а). Ср. также мотив утраты змеиной силы на солнце в заговоре от змеиного укуса у украинцев Закарпатья:

«Чы вояк, чи вояна, / Чи б?ла, чи чорна, / Як не маешь силы на быстрой вод? гн?здо звити, / так бись не мала силы на сонц? гн?здо звити, / так бись не мала силы жар пустити, тфу! тфу! тфу!» (Потуш.ЛНПОН 1941/1). Сюда же можно добавить также запад- Ноукраинское и малопольское поверье, что змея, у которой выросли

286крылья, когда-то летала по воздуху, но солнце опалило ей крылья, она упала на землю и закончила свое существование — Бог не допустил, чтобы она продолжала калечить людей (гуцулы р-на Коло- мыи, Беречов, ArchMEK 1/285 II/227; Келецкое воев., Sewer.IE: 303; ср. сходную причину наказания в украинских легендах о летающей черепахе).

К тому же кругу представлений относится и мотив летающей змеи или змея, вызывающих затмение солнца. Так, по одному польскому поверью, затмение солнца происходит оттого, что летающий змей заслоняет собой солнце (Sewer.IE: 293). В польской сказке затмение солнца вызывает двенадцатиглавая змея (Георг.БНМ: 95).

Сюда можно добавить и поверье украинцев Закарпатья о «шарка- не» (летающем змее), поедающем солнце, которое от этого уменьшается (Бог.МДОВЗ: 294). Мотив змея или дракона, готового заслонить или поглотить солнце, встречается в изобразительном искусстве, например на польской гравюре XVI в. (Георг.БНМ: 95), на новгородском нагрудном украшении XIV в., на болгарских церковных фресках из районов Трояна и Перника (там же: 22).

Хтоническая природа змеи определяет ее соотнесенность с подземным миром мертвых. Зимовье змей в земле может осмысляться как временное пребывание на том свете. Как и некоторые другие животные (в первую очередь волк), змея выполняет роль посредника между миром живых и мертвых.

Некоторые функции змей, например их влияние на дождь и на град, аналогичны функциям, которые приписываются умершим. Змея, особенно обитающая в доме, нередко рассматривается как воплощение души предка. По болгарским поверьям, змея первой проникает в могилу, и появившуюся возле могилы змею считают душой умершего (Георг. БНМ: 59).

Еще про Тора:  Славянские обереги в украине в Украине. Сравнить цены, купить потребительские товары на маркетплейсе Prom.ua

В Пловдивском окр. о большом уже, появляющемся или обитающем на кладбище, говорят, что он стережет умерших, которые там похоронены (Карловский р-н, Михалци, АрхЕИМ 880-II:103) . В северо-западной Болгарии бытует представление о змеях, живущих в могилах и питающихся плотью, кровью и глазами мертвецов (р-ны Пирдопа и Михайловграда, Бен.ЗБФ: 19).

Этот мотив представлен также в болгарских и македонских балладах: мертвая девушка жалуется, что змея свила гнездо в ее волосах, пожирает ее лицо и высасывает ее глаза (там же: 20). Тот же мотив встречается и в сербских поверьях: змея высасывает глаза покойнику на третий день после погребения (Грбаль, Ђор.ПВП 2: 186).§ 2.

Змееподобные287В южной Болгарии, где существует представление об особом могильном уже (гробна змия), отмечен и любопытный похоронный обычай: при выносе покойника пожилая женщина сжигает старое, испорченное веретено и рисует им змею на полотне, которым затем покрывают умершего (Георг.БНМ: 59).

Заметим, что и само веретено, как будет показано ниже, может выступать в качестве символа змеи.Та же символика переносится и на образ летающего змея, у которого также обнаруживается связь с миром мертвых. В болгарских обрядах и поверьях его локусом нередко является кладбище.

По поверью болгар района Свиштова, со стороны кладбища прилетает по вечерам змей-любовник (Бен.ЗБФ: 10). На кладбище идут участники ритуального изгнания змея (гонене на змея), молча раздеваются там и оставляют человека стеречь снятую одежду. Считается, что благодаря этим действиям змей скорее явится на кладбище (Михайловградский окр.

, р-н Лома, там же: 106). Функция стража загробного мира проявляется у змея в сказках, где он охраняет вход в «тридесятое царство» (см.: Усп.ФР: 58).Связь змеи с землей, выраженная в самом ее названии (в этимологическом родстве слов змея и земля), ярко проявляется в южнославянских формулах заговоров от змеиного укуса, которые произносят, прикладывая землю к месту укуса:

«Земља земљу љуби!» [Земля землю целует!] (Герцеговина; Сербия, Левач, Ђор.ПВП 2: 153,154), «Земља земљу пољубила» [Земля землю (пусть) поцелует!] (Косово, там же: 154), «Земља земљу јела» [Земля землю (пусть) ест!] (Сербия, р-н Златибора, там же:).

Контакт с землей используется в лечении змеиного укуса для вытягивания яда из раны.Связь змеи с землей приобретает космологический характер в поверьях (обычно апокрифического происхождения) о том, что Земля покоится на огнеродном змее или на чудовищном змие елеа- фаме, живущем в огненной реке (Россия, Ген.РНПЗЖ: 41, Усп.ФР: 143), на плавающей в море змее, у которой голова смыкается с хвостом (Софийский окр., Бен.ЗБФ: 16), на змее поверх вола, находящегося на рыбе в море, которое держит на себе огромная черепаха (Болгария, Георг.БНМ: 58), или на четырех столбах, охраняемых огромными змеями, которые подгрызают их по мере того, как люди все больше погрязают в грехах (р-н Нового Сонча, Щавнице, Gust.PPG: 164); в болгарских поверьях, что из-под Земли, пово

288рачиваемой Богом, вылезает змей (Пловдивский окр., Карловский р-н, Караджалово, АрхЕИМ 881-II: 83), что в море посреди Земли живет гигантский уж (Георг.БНМ: 58) и т. п.Иного рода отношение змеи или змея к земле отражено в некоторых топонимических преданиях, толкующих происхождение особенностей земного рельефа.

Например, македонцы Скоп- ской Котлины объясняют извилистое течение реки Вардар тем, что русло ее проложила змея, которая ползла и показывала путь реке (Фил.ОВСК: 500). По болгарскому поверью, извивающееся русло реки Лом образовалось оттого, что здесь некогда проползла огромная змея (Русенский окр., Бен.ЗБФ: 56).

Со змеем в восточнославянских преданиях связывается происхождение Змиевых валов по обе стороны Днепра: они были вспаханы змеем, которого укротил божественный кузнец и запряг в выкованный им плуг. Название Гадючий носит и последний из днепровских порогов (Ив.Топ.ИОСД: 161, 173). В Киевском у. около местечка Бышева сохранилась борозда, которую, по преданию, пропахали змеем свв.

Кузьма и Демьян (Киевская губ., Радомысльский у., Соловьевка, Зел.ОРАГО 2: 617). В Гомельской обл. так же объясняют происхождение Сожа, притока Днепра (Калинковичский р-н, Золотуха), и реки Вить, притока Припяти (Хойницкий р-н, Вел. Бор, См.ЭП 2: 256-257, 267).

Змеева гора в Томской губ. получила свое название оттого, что в нее ушел змей-полаз (Аф.ДЖ: 258). У болгар с другим змеиным персонажем — «ламей» — связано происхождение Гоцеделчевского поля. По преданию, там некогда было море и в нем жила «ламя», которая требовала человеческих жертв.

Чтобы избавиться от нее, к ней подослали осла с подпаленным трутом. «Ламя» проглотила его, вспыхнула и пробила холм, куда хлынула вода, ушедшая под землю. Море исчезло, и дно его превратилось в поле (Благоевградский окр., Бен.ЗБФ: 55). Подобным же образом предания объясняют также происхождение Петричкого поля и Елешкого поля близ с.

Елеш в Греции (там же: 55-56, Георг.БНМ: 89). В польском Подгалье известно предание о том, как один газда (хозяин) бился с королем гадов за Татры. Он выбил его камнями из Косцелиской долины. Гад бежал оттуда и закопался в землю. Место, где он закопался, стало называться Закопане (Новосондецкое воев.

, Витув, Пшыс, Плазувка, ArchKESUJ 7249: 13).§2. Змееподобные2892.1.4. Связь с водой и метеорологическими явлениямиОдна из важнейших мифологических особенностей змеи, а соответственно, и змея — их связь с земной и небесной влагой. Источники, болота, другие водоемы — обычные змеиные локусы в народных рассказах о змеях.

Так, например, по уверению жителей с. Олтущ Малоритского р-на Брестской обл., в местном озере обитает большая змея (зап. автора). У южных славян в Лике рассказывают о некой страшной шестикрылой змее, обитавшей в одном озере и пожиравшей птенцов из орлиного гнезда (Ђор.ПВП 2: 112).

Поверья о крылатых змеях, живущих в озерах и водоемах, известны и в Далмации (Полица, там же: 111-112). Болгары и македонцы заклинаниями изгоняют змей в море (Бен.ЗБФ: 16). Воду из источника, в котором обитает змея, болгары считают особенно целебной (Георг.БНМ: 61).

С представлением о змеях как обитателях и покровителях водоемов связан и мотив змеи, встречающийся у болгар в украшениях мостов и источников (Бен.ЗБФ: 43). Болгары в районе Врацы верят, что змея со временем становится змеем, который обитает в пещере и не позволяет идти дождю (Мало Бабино, БСУ 313: 124).

В Пловдивском окр. известны рассказы о «ламе», которая стережет воду в горной пещере (Пловдивский окр., Брестник, АрхЕИМ 878-II: 4, Карловский р-н, Дылбок Извор, там же 881-II: 18) или обитает в водоеме и не дает воду людям (Карловский р-н, Караджалово, там же: 95).

У украинцев Закарпатья известны рассказы о могучем летающем змее «шаркане», стерегущем воду и не дающем ее людям (Потуш.ЛНПОН 1941 /1).Македонцы Яболца рассказывают, что весной можно слышать как содрогается земля от змея, купающегося в Салаковом озере.

Это означает, что пойдет дождь (Фил.ОВСК: 523). По поверью лужичан, ядовитая змейка zmija выпадает на землю вместе с дождем (Шпреевальд, Шмогров, Schul.WVt: 158). Болгары Баната верят, что летающие змеи (иіаркане) пьют из моря воду, которая поступает в тучи, и когда бьются друг с другом два змея, начинается ливень (Телб.БББ: 177).

По поверью боснийцев, радуга— змей «аждая», пьющий или высасывающий воду из моря или реки, которая позже превращается в дождь (Тол.ГСС 8: 60). Украинцы Закарпатья отождествляют радугу с гадом-великаном (велетенъ), который пьет воду из колодцев, потоков и рек, наполняя ею тучи (Потуш.ЛНПОН 1941/1). У украинцев, белорусов и русских Нов-*0 А. В. Гура

290городской губ. радугу иногда называют змеем (укр. смок, цмок, белор. смок); по народным представлениям, она пьет воду из моря, озера, реки или колодца и перекачивает ее на небеса, откуда вода затем проливается дождем (Тол.ГСС 8: 44-45; Koper.PELR: 217; ПА; записи автора; Зел.ОРАГО 2: 689).

Добавим также, что распространенный у южных славян обычай предсказывать по яркости цветов радуги изобилие тех или иных материальных благ — жита, вина, меда, денег и т. п. (Тол.ГСС 8: 62-64) находит соответствие у некоторых восточных и западных славян в поверье о том, что по цвету летающего змея можно определить, какие дары он носит своему хозяину:

«Если с диньгами идеть — ясин, с хлебым — тьмян, с малаком— бел» (Смоленская губ., Добр.СЭС 1: 97); у огненного змея, приносящего деньги, хвост красный, а у приносящего зерно— синий (Ниж. Лужица, Mull.WN: 163). По представлению польских гуралей, грозы и ливни происходят от того, что змей шевельнет своим хвостом (р-н Живца, Sewer.IE: 293).

Во время сильной грозы, когда туча находится низко над землей, можно видеть хвост змея, свисающий из тучи и волочащийся по земле (там же: 303). Соответствие этому польскому поверью обнаруживается у болгар Софийского окр.: когда туча— «хала» спускает вниз свой хвост, льет проливной дождь (Георг.БНМ: 91).

С этими представлениями связано и использование змеи, как и других гадов, в обрядах вызывания дождя. Так, в Полесье, чтобы пошел дождь, убивают змею — обычно ужа, реже (в Сумской, Гомельской, Ровенской обл.) гадюку. Убитую змею приподымают над землей (Ровенская обл.), переворачивают, привязывают к палке (Гомельская обл.), вешают на ветку дерева или на забор (Гомельская, Ровенская, Житомирская обл.).

Еще шире распространено поверье, что если убить ужа, пойдет дождь (Тол.ЛУДЖ: 24, записи автора). Помимо Полесья, такое представление известно и у болгар (Георг.БНМ: 61). В. И. Даль указывает и на аналогичное русское поверье: если убить змею и повесить на березу, то пойдет дождь (Даль 1:686).

Нетрудно заметить, что змея соотносится с обоими полюсами одних и тех же представлений: имеет отношение одновременно как к воде и дождю, так и к «запиранию» вод, а следовательно — к засухе и суши. Так, например, украинцы Закарпатья видят причину засухи в том, что змея закрыла источник, вследствие чего не может идти дождь (Потуш.З 1942/2/3: 356). В с.

Велута Лунинец-§ 2. Змееподобные291кого р-на Брестской обл. рассказывают о бывшей некогда в этих местах Сметь-реке, высохшей и заросшей травой: река была проклята змеей за то, что здесь утонули ее змееныши (зап. автора). Трава и деревья от соприкосновения со змеей или змеем усыхают.

В Витебской губ. убитую змею вешают только на сухое дерево, считая, что живое от этого усохнет (Никиф.ППП: 200). В гомельском Полесье известно поверье о главе всех змей, под которой, когда она ползла, усыхала трава (Лельчицкий р-н, Слобода, зал. А. Л. Топоркова).

В Хелмском воев. Польши гада (gadzina), т. е. змею, гадюку, представляют в виде курицы с крыльями и красными, как огонь, перьями. Когда эта змея взлетает, за ней остается след в виде выжженной травы: «Jak ona frunie w lesie, to za nio trawa wypa- Іопа» (Окшув, зап. автора).

У украинцев Закарпатья существуют рассказы об особом красном огненном полосе, шестиметровой змее, которая может поджечь лес, дом, кошару, а когда он ползет, под ним горит земля (Потуш.ЛНПОН 1941/1). В этих двух последних описаниях у змеи присутствуют уже черты летающего огненного змея.

В Уваровой станице на берегу Иртыша есть пещера, в которую скрылся явившийся из реки змей, и там, где он полз, видна на траве выжженная тропинка (Аф.ДЖ: 258). В северо-западной Болгарии первоначально двойственный персонаж распадается на два с противоположными функциями: свой змей, покровитель, и чужой, вызывающий засуху, который подвергается изгнанию, например змей дъждевник и змей от суша (Видинский окр., Бен.ЗБФ: 129).

Два враждебных змея борются между собой. Или же в роли противника змея выступает «хала», в которой часто видят виновницу засухи (там же: 130, Георг.БНМ: 90).Народные поверья приписывают змеям связь и с другими стихиями— с градом и ветром. Функция влияния на град, представленная в одних славянских зонах у змеи, в других переносится на летающего змея.

Так, в Малополыпе верят, что град на людей насылают змеи (р-н Тарнобжега и Ниско, Wierzch.ME: 210). По-ви- Димому, в определенной связи с этим представлением находится запрет упоминать змею во время грозы, отмеченный у поляков Западных Вескид. Нарушение этого запрета навлекает на человека гнев ведьм (совр.

292Он предводительствует бурями и градом, но поскольку сам слепой, его ведет ветряник. Колдуны-чернокнижники, оседлав его, гонят его туда, где они хотят побить поля градом (Потуш.ЛНПОН 1941/1). Болгары предводителями градовых туч считают летающих змеев и «хал» (зап.

Болгария, Поп.КПНК: 63). «Халы» и «лами» навлекают град (Бен.ЗБФ: 95). С градом связано и само происхождение слова хала, заимствованное в болгарский из греческого (там же: 57). В то же время летающие змеи-юнаки рассматриваются в некоторых местах (у болгар горного района Сакар) и как охранители полей от града, и, чтобы задобрить их, им специально посвящаются осенью особые женские ритуальные трапезы (Поп.КПНК: 74).

Во время грозы у такого антропоморфного змея дух отделяется от тела и летит биться с градоносными тучами (Болгария, р-ны Софии, Демирхисара, Пазарджика, Македония, р-ны Скопья и Велеса, Бен.ЗБФ: 126). Ср. представление закарпатских украинцев о повелителе змей как двоедушнике (Потуш.ЛНПОН 1941/1).

В Кюстендильском крае считают, что во время грозы змей преследует «алу», вызывающую град (Зах.ККр: 145). По поверью сербов, поле, на котором обитает большой уж (смок или смук), никогда не будет побито градом (Лесковацкая Морава, Ђор.ЖОЛМ: 552); такой уж бьется с «халой» («алой»), которая водит градовые тучи (Ъор.ПВП 2:

108, Нишский окр., Габровац, там же: 161). По народным поверьям, борющиеся в небесах «халы» бросают друг в друга лед, отчего на землю падает град (Schn.SV: 12).По представлениям сербов, пляска этих небесных змеев во время ненастья порождает крутящийся ветер, вихрь, опасный для человека (там же).

В болгарских поверьях вихрем сопровождается появление змея (Бен.ЗБФ: 115), а бури вызывают «халы» и «лами» (там же: 95). «Ламя» иногда отождествляется с ветром, сметающим все на своем пути (Георг.БНМ: 90), а хала может обозначать просто сильный ветер с вихрем (Пловдивский р-н, Брест- ник, АрхЕИМ 878-II: 24).

В некоторых (по-видимому, западных) районах правобережной Украины встречается представление о ветре как зооморфном, змеинообразном существе — змейке, живущей семь лет и превращающейся потом в большую змею, а по прошествии еще семи лет — в некое крылатое чудовище, которое автор описания определяет как грифа, т. е. в летающего змея (Zmigr.U: 328-329).

Сходное поверье отмечено у украинцев Закарпатья: вихрь производит дьявол, который первые семь лет был обычной§2. Змееподобные293змеей, а в третьи семь лет у него вырастают крылья. Такого большого крылатого змея в Закарпатье называют шарканъ.

Там, где он летит, поднимается такая буря, что деревья вырывает с корнем (Потуш.ЛНПОН 1941/1). В лемковских говорах шаркан известно как обозначение сильного ветра, бури (Гринч. 4: 486). У гуцулов, по свидетельству В. Шухевича, бури порождает крылатый змей жеретва (Потуш.ЛНПОН 1941/1).

Польские гурали Западных Бескид верят, что в глубокой расщелине на северном склоне горы Романки сидит семиглавый змей. Как только он шевельнется, возникает такая буря, что ветром ломает деревья и срывает крыши домов, а когда он летит, вихрь сметает целые деревни и выворачивает с корнем деревья (р-н Живца, Udz.GZ: 162-163).

В районе Нового Сонча во время грозы, сопровождающейся «звериным» воем ветра, говорят: «Змея несет. Холодно ему, вот он и ноет» (Ка- мёнка Велька, ArchKESUJ 7257:19). В Моравской Валахии, когда бушует вихрь, говорят, что это колдун-чернокнижник выпустил откуда-то дракона (Вост.

Моравия, р-н Рожнова-под-Радгоштем, Kulda NPP: 309).2.1.5. Змеиный царьЗмеи имеют своего главу — царя или царицу. Такая змея выделяется особым знаком или атрибутом на голове. У всех западных славян, у многих южных (хорватов, боснийцев, реже сербов и болгар) и частично у восточных (у украинцев) это корона, у западных славян, болгар, македонцев и хорватов — драгоценный камень (чаще всего алмаз, у хорватов также шар из крупиц золота и мелких алмазов), у болгар, хорватов и бескидских поляков — перстень, у македонцев — серьги, у украинцев — звезда, у белорусов и македонцев — рога, у поляков, хорватов, боснийцев и македонцев — петушиный гребень (петушиную атрибутику можно отчасти прояснить соотнесенностью петуха со змеем, так, как это делает Б. А.

Успенский, см.: Усп.ФР: 162-163).У архангельских поморов змеями распоряжается змей белого Цвета (Кемский у., Сумской посад, Зел.ОРАГО 1: 51). У украинцев Черниговской обл. это старый большой уж с блестящей головой и звездой на голове, с длинными, «як у рыбы», усами и блестящими Голубыми полосами на теле (Репкинский р-н, Вербовка, зап. автора,С: 136-137, ср. ужа с сомовьей головой в болгарских поверьях),

294у белорусов Гомельской обл. — змей с блестящими, как золото, рогами (Лельчицкий р-н, Слобода, зап. А. Л. Топоркова) или царъ-вуж, большой, серый, с золотыми рогами (Хойницкий р-н, Дубровида, ПЭС: 137), в Брестской обл. — главный уж-распорядитель (Лунинецкий р-н, Велута, зап. автора).

У украинцев Закарпатья известны рассказы о «гадячьем царе» с блестящей короной на голове, пожирающем людей и скот. Он живет в скалах или в болоте среди камышей. Чаще, однако, называют другое место его обитания — под особым камнем, например под Белым камнем в окрестностях Бужоры.

Змеиный царь любит греться, обвившись вокруг камня. Человеку ступать на такой камень опасно: у него закружится голова, и он упадет. Под камнем у повелителя змей имеются царские палаты, где обитает его семья — царица и «ца- рята», тоже с коронами на голове (Потуш.ЛНПОН 1941/1).

Гуцулы рассказывают о змеях, называемых котиці, с короной или драгоценными камнями на голове — это невинные змеи, которые никогда никого не жалили (Kaindl Н: 103-104). Кроме того на Украине встречается представление о некоем підземном, которому подвластны все змеи (Винничина (?), Килим.УР 5:174).

Золотая корона на голове, иногда со сверкающим камнем — отличительная особенность короля (или, реже, королевы) змей у поляков (Glog.ZM: 106, Pauli PETG: 127, Kolb.DW 17: 148, 46: 466, Gust.PPG: 169, 173, Szyf.ZOW: 138 и др.). Например, золотую корону имеет златоглавая змея — повелитель всех бескидских змей (р-н Цешина, Morc.UBŠ: 23).

Под Новым Сончем верят, что у короля змей золотой перстень на шее (Камёнка Велька, ArchKESUJ 7257: 37). В Подгалье его представляют с короной или с петушиным гребнем на голове (Новосондецкое воев., Витув, Пшыс, Пла- зувка, там же 7249: 13). Поляки Западных Бескид считают, что если человек до дня св.

Еще про Тора:  Символ и славянский оберег Молвинец, значение оберега

Войцеха увидит змею с блестящей короной, его ожидает в жизни большое счастье (совр. Новосондецкое воев., Забжеж, совр. Тарновское воев., Закличин, Gust.PPG: 169). В Тарновском воев. верят, что король змей весь белый, в золотой короне и живет в самых недрах, в середине земли (Боженцин, Gust.PPG:

173, ArchMEK 1/147II/116: 10а). В Келецком воев. его представляют длинным, как шест, которым прижимают сено на возу, и когда он ползет, земля под ним расступается (р-н Пинчова, Siark.MELP: 72). В Катовицком воев. его считают наиболее опасным для человека и потому называют ztoczyn (Олькушский пов.,§2.

Змееподобные295р-н Славкова, Cisz.LPG: 47). Иногда король змей отождествляется у поляков с главным чертом (Sewer.IE: 303). Поверье о змеином короле, увенчанном короной, известно и в Чехии (Ђор.ПВП 2:108). У лужичан король (или королева) змей имеет на голове золотую корону, украшенную ослепительными самоцветами (р-н Мускау, Шлейфе, Schul.WVt:

48, Бург, Бранитц, Veck.WSMAG: 402, 404- 405), а на спине переливающуюся разными цветами светящуюся полосу (Шлейфе, Schul.WVt: 48). В лужицких поверьях королева змей иногда сближается с домовой змеей.У болгар Пловдивского окр. тоже бытует поверье о змее с короной на голове, такую змею считают самой ядовитой (Карлов- ский р-н, Дылбок Извор, АрхЕИМ 881-II: 22).

Царя змей болгары иногда представляют двуглавым и с большим драгоценным камнем (Георг.БНМ: 58). В Болгарии отмечены также представления о змее или царице змей с алмазом или жемчугом на голове (р-ны Дупни- цы, Пирдопа, Берковицы, Бен.ЗБФ: 36). В Пиринском крае царица змей имеет гребень на голове и серьги (там же: 37, Георг.БНМ: 62).

По поверьям македонцев Прилепа, у царицы (или царя) змей на голове ослепительно сияющие рожки и драгоценные камни во рту (Цеп.ТП: 240-241). Поверье о змеином царе с золотой короной на голове и зеленой веточкой во рту изредка встречается у сербов (Ђор.ПВП 2: 109).

Боснийским сербам известно поверье о змеиной царице (р-н Тузлы, там же). В районе Тоуня и в Дубице (Босния) с короной на голове представляют ядовитую носатую гадюку, отчего в районе Тоуня ее называют krunašica (Hire ŠPNN: 22). Поверье об огромной змее с алмазом на голове встречается у хорватов Приморья (р-н Бакара, там же: 20).

У хорватов Самобора король змей имеет корону (Ђор.ПВП 2: 109). Образ змеиной королевы известен хорватам района Ремета (Hire ŠPNN: 21-22). На острове Црес рассказывают об особой большой змее, обитающей в лесной чаще. Она кукарекает, как петух, и красиво поет.

На голове у нее красный гребень, а во рту под языком большой алмаз, обладающий чудесными свойствами (Ђор.ПВП 2: 179). У хорватов западной Ист- рии существует представление, что у змей, так же как у пчел и некоторых других насекомых, есть крылатая летающая змеиная матка — матица (там же; ср. также отмеченный у русских образ подземной змеиной матери, к которой змеи уползают на зиму, Усп.ФР: 60). В районе Бьеловара и в Вуковье близ Кутины змеиным князем (zmijski knez) считают особую белую змею (там же: 109,

296Hire ŠPNN: 10); в Крбаве, в Брувно, змеиный король (zmijski kralj) имеет на голове гребень наподобие петушиного и усы (там же). В окрестностях Загреба это огромная змея (kacec) с большим гребнем на голове и сверкающим шаром, целиком состоящим из крупиц золота и мелких круглых алмазов (Ђор.ПВП 2: 180);

в северной Хорватии — чудовищная ядовитая змея modros с толстым туловищем, с головой кота, с гребнем на голове, с петушиными ногами и глазами (там же: 105). Хорваты в окрестностях Вараждина называют его «змеиный пастух» (kacji pastir); кому посчастливится его увидеть, тому неизменно будет сопутствовать удача в любом деле (р-н Вараждина, Hire SPNN: 21).

В Хорватии «змеиного пастуха» называют также kacji konj (р-н Клоштара Иванича и Володера), vilenski konj (р-н Джякова), в Среме — вилин коњ, в районе Шуш- нева — змијски коњ (Ђор.ПВП 2: 105). В Боснии и Герцеговине, в районе Лепоглавы, «змеиным пастухом» считают огромную змею с гребнем, как у петуха, которую называют kacec (там же).

Функцией змеиного пастуха словенцы наделяют св. Маргариту (Marjeta): по поверью, именно она пасет змей (Kur.PLS 2: 219). Кроме того, у словенцев опосредованная связь со змеиным царем обнаруживается и у стрекозы— через функцию «змеиного пастуха», выраженную у этого насекомого, по крайней мере, на лексическом уровне: kacji pastir— обычное у словенцев название стрекозы (ОЛА 1, карта 47).

В заговорах от змей упоминаются иногда и имена змеиного царя, например: Суходым (Смоленскаягуб., Поречскийу., Шейн МИБЯ 2: 548), царь змеиный Ир и царица Ирііца (Смоленская губ., Вельский у., Майково, там же).У южных славян в роли змеиного царя может выступать и змей, причем народные представления о нем нередко обрастают сказочными деталями и книжными мотивами.

Так, по рассказам болгар из районов Свиштова и Орхание, змийски цар — гигантская, величиной с большую сосну, крылатая змея с огромной головой. Под языком у змеиного царя перстень, обладающий волшебной силой. Он живет на краю света в подземном мире. В своей огромной пещере он восседает на золотом троне, украшенном драгоценными камнями, в окружении больших ужей— «бояр» и «воевод» (р-н Орхание, Литаково, р-н Свиштова, Козар-Белене, Марин.НВ: 104).

У бояр змеиного царя на хвосте имеется тяжелый драгоценный камень. Такие ужи с камнем на хвосте являются начальниками всех змей своего края и убить их невозможно: человек, отважившийся§ 2. Змееподобные297на это, или покончит с собой, или сойдет с ума (р-н Кызылагача, Бяла Слатина, Дере-Махле, Марин. НВ: 104).

Сербы Мачвы также считают змеиным царем змея, которому, по преданию, жители села каждое утро должны были приводить на съедение детей (Ђор.ПВП 2: 109); такой змей происходит от обычной змеи-долгожительницы (Zec.PNVKZ: 149). Поверье о змее с короной на голове как короле змей известно и в Далмации (Заострог, там же).

Змеиного царя окружает целая свита прислуживающих ему змей (Польша, совр. Тарновское воев., Боженцин, Gust.PPG: 173, ArchMEK 1/147 П/116: 10а; Болгария, р-ны Свиштова, Орхание, Кызылагача, Марин.НВ: 104). Он собирает всех змей в определенные дни года (Лужица, Бург, Шлейфе, Schul.WVt: 48): два раза в год (украинцы Закарпатья, Потуш.ЛНПОН 1941/1)

, на Иванов день 24.VI/7.VII (Хорватия, р-нРемета, Hire ŠPNN: 21-22), в купальскую ночь (Брестская обл., Лунинецкий р-н, Велута, зап. автора), осенью перед уходом в норы на Воздвижение 14/27.IX (Ива- но-Франковскаяобл., Верховинскийр-н, Головы, КА, гуцулы, Kaindl Н:

103-104, р-н Микуличина, Татаров, Schnaid.KH 5: 219, Винничина (?), Килим.УР 5: 174) или на Покров 1/14.X (Волынская обл., Ковельский р-н, Уховецк, зап. автора), а весной на Юрьев день он пробуждает их от зимнего сна своим шипением (Хорватия, р-н Вараждина, Hire SPNN: 21).

На собраниях змей их царь дает им различные указания (Польша, Люблинское воев., Kolb.DW 17: 148; Босния, р-нТузлы, Ъор.ПВП 2: 109), назначает каждой змее ее жертву (Брестская обл., Лунинецкий р-н, Велута, зап. автора; вост. Сербия, Пиротский окр., Ђор.ПВП 2: 115), определяет, кого можно кусать, а кого нельзя (гуцулы, р-н Микуличина, Татаров, Schnaid.KH 5:

219, украинцы Закарпатья, Потуш.ЛНПОН 1941/1), выслушивает от каждой змеи ее исповедь о том, как она провела лето (Украина, Винничина (?), Килим.УР 5: 174; Болгария, р-ны Свиштова, Орхание, Панагюриште, Марин.НВ: 104).По поверьям карпатских украинцев, змеи, собравшись вместе, выбирают старшего над собой: шипят так долго, пока на голове у одной из них не появится корона (гуцулы, Kaindl Н: 103-104), плюют и дуют на голову своей избранницы, отчего у нее на голове образуется корона (совр.

298(Потуш.ЛНПОН 1941/1). В Боснии и Герцеговине существует представление, что каждую тысячу лет новый змеиный царь сменяет на престоле предыдущего (Ъор.ПВП 2: 109).2.1.6. Происхождение летающего змеяВ народных поверьях крылатая змея (серб.-хорв. крила- тица или крилашица, Ъор.ПВП 2: 112) или летающий змей происходят от обычной змеи, достигшей определенного возраста или прожившей определенный срок в особых условиях.

В ровенском Полесье рассказывают об обитавшем прежде в местном лесу змее с крыльями — это была обычная змея, у которой выросли крылья (Дубровицкий р-н, Озерск, зап. автора). Это пример такого рода поверья в его наиболее простом и, по-видимому, архаическом виде.

У восточных славян встречаются представления о происхождении змея из змеи, семь лет пребывавшей там, где не было слышно ни колокольного звона, ни человеческого голоса. Подобное происхождение имеет и крылатая семиглавая змея яза у украинцев (Бен.ЗБФ: 102).

У гуцулов, например, считается, что гадюка (язя) становится крылатой и семиглавой, если семь лет ее не видел ни один человек и ни один зверь (р-нКоломыи, Берчов, ArchMEK 1/285 II/227: 1). По поверью украинцев Закарпатья, из змеи полоса в пустынных местах, где нет ни одной живой души, за семь лет вырастает большой крылатый гад шаркань.

Если его кто-нибудь увидит, он перестает расти. В селах над Ужем и частично в районе Свалявы верят, что, выросши, он прилетает в лес и поселяется в пещере (Потуш.ЛНПОН 1941/1). По другим поверьям, шар- кани живут на краю света, где пребывают также великаны и куда уходит разная нечистая сила (Потуш.З 1942/2/3-4: 366).

По болгарским поверьям, змея, прожившая сорок лет, становится змеем (р-н Врацы, Мало Бабино, БСУ 313: 124); у ужа, когда ему исполнится сорок лет, вырастают крылья и он становится летающим змеем, вроде «халы» (р-нОряхово, Малорат, Стакевцы, р-нОрхание, Литаково, Вяла Слатина, р-н Елены, Тюдовцы, Марян, Марин.НВ:104) ; если ужа, прожившего сорок лет, не видели глаза человека или ни разу не били, он становится змеем (р-ны Кулы, Берковицы, Врацы, Михайловграда, Лома, Белоградчика, Бен.ЗБФ: 100), а сам змей через много лет превращается в «алу» и живет уже не на земле, а на небе, среди звезд (зап.

Болгария, Георг.БНМ: 79); змея§ 2. Змееподобные299дожившая до сорока или до ста лет, становится змеем (аждраа) с семью или девятью головами и семью хвостами и пожирает все на своем пути (Зап. Родопы, р-н Чеч, там же). Македонцы Битолы верят, что, когда змеям исполнится сорок лет, у них отрастают крылья, они превращаются в «зверей» и отправляются в ад мучить души грешников (Бен.ЗБФ: 43).

В Далмации верят, что змея, дожив до ста лет, не умирает, а становится змеем (Полица, Zec.PNVKZ: 149, Ъор.ПВП 2: 117-118). Сербы Лесковацкого окр. считают, что у такой старой змеи появляются ноги и она становится «алой» (Печеневце, там же), а сербы Мачвы — что она превращается в змея — змеиного царя (Ъор.ПВП 2: 117-118).

В Польше встречается поверье, что змей происходит от змеи с золотой короной; каждые семь лет у него вырастает по одной голове (Sewer.IE: 303). По поверью поляков Келецкого воев., крылатой семиглавой змеей может стать любая змея, которую семь лет не увидит ни человек, ни зверь (Kolb.DW 19: 201).

Гурали Западных Бескид связывают происхождение такого змея со старой змеей (р-н Живца, Udz.GZ: 162), или змеей, семь лет не слышавшей колокольного звона (р-н Старого Сонча, Камёнка Велька, ArchKESUJ 7257: 37). В Краковском воев. верят, что по истечении определенного срока змея становится «лятавцем» (Бен.ЗБФ: 102).

В некоторых районах Польши считают, что не только змея, но и лягушка, которые семь лет не слышали колокольного звона, превращаются в крылатого семиглавого змея (Келецкое воев., там же, совр. Новосондецкое воев., Длуголенка, Грыбув, Пшышова, Тым- барк, Забжеж, Лонцко, совр.

Катовицкое воев., Плаза. Gust.PPG: 172). Гурали окрестностей Бабей Гуры более опасным считают змея, происходящего от лягушки, чем от змеи: у змеи вырастают только ноги, а хвост превращается в стрелу, а у лягушки, имеющей уже ноги, вырастают крылья и два хвоста со стрелами (Sewer.IE: 282).

По представлению поляков Вельского воев., змеем становится лягушка, которая семь лет не видела солнца (Андрыхув, Kol.ALN: 80). Наконец, в северо-восточной Сербии встречается поверье, что змей происходит из сорокалетнего карпа (Schn.SV: 13). С рыбой, в том числе и со столетним карпом, связывают происхождение змея и в северо-западной Болгарии (р-ны Михайловграда, Берко- вицы, Белоградчика, Георг.БНМ: 79, Бен.ЗБФ: 103).

1.13. Чудесные атрибуты и свойства

К чудодейственным змеиным атрибутам относятся камень, яблоко, перстень, корона, гребень на голове и рожки. Наиболее распространенный из них— камень. Карпатские украинцы полагают, что змеи, находясь под землей, всю зиму лижут соленый камень (Ивано-Франковская обл.

, Верховинский р-н, Головы, КА). Этот мотив встречается в польских, украинских и белорусских сказках: человек попадает к царю змей, который дает ему лизнуть камень, после чего человек чувствует себя сытым целую неделю (СУС —674*, Бараг СМБНК 674*). Кроме того, по поверью, змеи сообща выдувают змеиный камень: когда они дуют, вокруг их жал образуется пена, которая затем затвердевает и превращается в плоский круглый камень с углублением в середине, в том месте, где находились змеиные жала (Потуш.ЛНПОН 1941 /1).

По другим поверьям карпатских украинцев, перед отходом на зиму змеи, собравшись вместе, выдувают из себя алмаз величиной с большой горшок. Так происходят все алмазы на свете (Покутье, р-н Тлума- ча, Бортник, Piotr.ZWJB: 126). Хорваты верят, что змеи, уходящие на зимовье, облизывают некий камень и от этого засыпают на всю зиму.

Если бы человек облизал такой камень, то он проспал бы, как и змеи, до самой весны (Самобор, Хорватское Загорье, Ђор.ПВП 2: 114). В западной Истрии обладательницей драгоценного камня величиной с яблоко считают змеиную матку. Змеи лижут этот камень, который, как считается, обладает живительной силой (там же: 179).

В районе Самобора существует также поверье, что у змей имеется золотое яблоко, зимой они лижут его, а летом играют с ним. Король змей хранит его пуще зеницы ока (там же: 109, 115- 116). В Хорватии встречается также поверье, что камень, которым обладают змеи, помогает вытянуть змеиный яд из раны.

322
кающие камни, иногда алмазы бывают на головах некоторых особо отмеченных змей (у гудулов, хорватов Приморья), во рту змеиного царя или царицы (у македонцев), в его короне (у поляков, лужичан), в убранстве его трона (у болгар), на хвостах его бояр — больших ужей (у болгар). Ср. название змеи у черногорцев Приморья устокаменица (Ђор.ПВП 2:141).

В лужицкой быличке слезы, катящиеся из глаз змеи, становятся жемчужинами. Человек подбирает их, продает в городе и получает много денег (Бург, Veck.WSMAG: 402-403).Камень выступает не только в качестве змеиного атрибута, но и функционально направлен против змей.

Болгары, например, считают, что, увидев змею, нужно бросить в нее камень (Георг.БНМ: 63). Камень используется в ритуальных действиях с целью защиты от змей. В этой роли мотив камня встречается и в вербальных текстах — в заговорах от змеиного укуса (Босанска Краина, Ђор.ПВП 2: 138), в заклинаниях-оберегах (Далмация, там же: 141).

Например, в Косове и Метохии при упоминании змеи говорят: «Камен гу у уста!» [Камень ей в пасть!] (там же: 104). В юго-восточной Сербии, увидев на Сорок мучеников первую змею, кричат ей трижды: «Камен, железо!» От этих слов она встанет как вкопанная и сомкнет пасть, нужно бросить ее в огонь, и тогда из нее выпадет драгоценный камень (Сурдулица, там же: 143,179).

Обладание змеиными атрибутами — камнем, короной и т. п. — сулит человеку различные преимущества: счастье, богатство, н е – обыкновенные способности. Западные украинцы верят, что человек, завладевший короной, будет всю жизнь счастлив (Бу- цыки, Gust.PPG: 173) или станет богатым (гуцулы, Kaindl Н: 104).

Если он будет носить такую корону на шее как амулет, она будет отвращать от него все беды и болезни, а град и бури будут обходить его село стороной (Потуш.ЛНПОН 1941/1). В восточной Ве- ликополыпе существует поверье, что камень из короны короля змей дает способность видеть все клады (Калишское воев.

, Остже- шовский пов., Кузница, Kolb.DW 46: 466). У хорватов считается, что можно стать счастливым, если добыть гребень (гиги) с головы носатой гадюки и принести его себе в дом (Хорватия, Св. Иван-Жаб- но, Hire ŠPNN: 22). Живительной силой обладает камень, принадлежащий змеиной матке: если человеку удастся отобрать его у змей и положить туда, где хранятся пшеница или деньги, то запасы зерна никогда не истощатся, а деньги никогда переведутся —§2.

Змееподобные323станут неисчерпаемы, как живая вода из родника (Ђор.ПВП 2: 179). Хорваты острова Црес верят, что алмаз, добытый изо рта главной из всех змей, исполняет все желания своего владельца (там же). По поверью македонцев, камешек из головы ядовитой змеи наделяет его обладателя способностью понимать язык животных (Македония, Скопска Котлина, Катланово, Фил.ОВСК: 500).

В юго-западной Болгарии верят, что первая змея, выходящая из земли в день Сорока мучеников (9/22.III), имеет во рту золотой камень, который будет исполнять любые желания человека, которому удастся его добыть (Георг.БНМ:.62). У болгар отмечено также представление, встречающееся обычно в виде сказочного мотива, о волшебном перстне, который змеиный царь держит под языком; у человека, который будет владеть этим перстнем, будут исполняться все желания (р-ны Орхание, Свиштова, Марин.НВ: 104).

Мотив змеиного перстня, исполняющего желания его обладателя, встречается и в далматинской сказке (Буко- вица, Ђор.ПВП 2:186).У разных славянских народов сходны магические способы добывания этих атрибутов. По поверью хорватов острова Црес, чудодейственный алмаз, который носит под языком особая, главная змея, можно добыть лишь тогда, когда она идет на водопой и вынимает его изо рта.

Если же завладеть алмазом, убив ее, то он потеряет свою магическую силу (там же: 179). В Чехии верят, что раз в год, на Петра и Павла (29.VI), змеиный король снимает свою корону и купается в реке. Чтобы получить ее, нужно расстелить возле реки белый платок и поставить миску с молоком.

Кто найдет на этом месте корону змеиного короля, сам станет королем, будет одерживать военные победы, будет защищен от укусов змей или сможет заниматься лечением (там же: 108, со ссылкой на HDA 7: 1177). В Сувалкском воев. Польши считают, что король змей сбросит свою корону, если постелить ему шелковый платок (пов.

Сейны, р-н Смолян, Рейштокеме, ArchKESUJ 1383: 5). У лужичан популярны рассказы о том, как змеиный король скидывает свою корону или алмаз на чистый белый платок, расстеленный человеком (Шлейфе, Schul.WVt: 48, Бранитц, Бург, Veck.WjSMAG:403- 405).

Еще про Тора:  Рунические талисманы — как сделать своими руками

324змеиного короля уже не распространяется (Бург, Veck.WSMAG:404- 405). Македонцы Прилепа в день Благовещения (25.ІІІ/7Л?) на рассвете отправляются искать нору, из которой должна в этот день выйти змеиная царица. Там нужно положить на землю подстилку, и на ней она оставит свои ослепительно сияющие рожки или драгоценные камни, которые носит во рту.

Такая добыча делает человека богатым (Цеп.ТП: 240-241). В юго-западной Болгарии при появлении змей весной женщины тоже кладут на землю свои головные повязки в надежде получить блестящие рожки змеи, приносящие счастье и удачу (Георг.БНМ: 62). В Полесье подобные поверья связаны с желтыми или блестящими золотыми рожками, которые якобы вырастают у ужа (иногда главы всех змей), прожившего десять или двенадцать лет (Брестская обл.

, Ма- лоритский р-н, Олтуш, Ровенская обл., Дубровицкий р-н, Озерск, зап. автора) или обитающего в таком месте, куда не доходит петушиный крик (Озерск). Чтобы стать обладателем рожек, нужно расстелить перед ужом белый платок (Брестскаяобл., Пинский р-н, Камень, зап. автора) или красный шерстяной пояс (Озерск;

Гомельская обл., Лельчицкий р-н, Слобода, зап. А. Л. Топоркова) или же обернуть его таким поясом (Озерск). Переползая через платок или пояс, уж скидывает рожки, которые берут и держат дома. Один рог способствует прибыли в доме и в хозяйстве, а другой может быть использован для порчи: если ковырнуть им в каком-нибудь доме, там все станет неблагополучно (Озерск).

В гомельском Полесье записана быличка о том, как на Пасху девушка увидела в поле царя-ужа с золотыми рогами. Когда она рассказала об этом дома, ей сказали: «Эх ты, дзеука глупая. Нада была платок сняць и разаслаць и кусок паски палажыць». Тогда уж скинул бы рожки.

Они приносят счастье, их берут с собой в дорогу (Хой- ницкий р-н, Дубровица, зап. С. М. Толстой, ПЭС: 137).Змеи охраняют находящиеся в земле клады и могут указывать их некоторым людям. У украинцев Закарпатья облик большой черной змеи могут принимать черти, сторожащие клады (Потуш.

РП 1940/27-30.III). На Житомирщине существует поверье: когда найдешь большое скопление змей, следует бросить в них что-либо металлическое, и, если понравишься королю змей, послышится звон денег, по которому легко будет определить, где закопан клад, оберегаемый змеями (Волынская губ.

, Звягельскийу., Юрковщи- на, Koper.PELR: 221). На Волыни, восточнее этих мест, рвут на§2. Змееподобные325куски что-либо из своей одежды и бросают их обрывки в клубок змей (гадюк), пока все змеи не превратятся в кучу золота. Говорят, что когда золото, закопанное в земле, «пересушивается», оно предстает в виде змей (Ковельский р-н, Уховецк, зап. Г. И. Кабаковой).

Сходное представление можно обнаружить у македонцев: клад превращается в змей, когда его хочет выкопать тот, кому эти сокровища не предназначены, при этом змеи, стерегущие клад, происходят из кусков веревки, которую разрубил на части владелец сокровищ, когда закапывал их в землю (окрестности Скопья, Ъор.ПВП 2: 107).

По сербским и хорватским поверьям и рассказам, скрытые в земле сокровища охраняются нечистой силой или чертом в облике змеи (р-н Ниша (?); Лика, р-нКосиня), змеей (Славония, р-ны Бьеловара и Дарувара), большой змеей (Крбава), белой домовой змеей (Црнилево), змеей или змеем (р-н Корени- цы), крылатыми змеями с ожерельем на шее (Черногория, племя кучи), змеей с короной на голове (Лика, Врховине), заклятой в змею царевной (сербы-граничары, там же: 129-130, 111).

В Болгарии хозяином зарытых в землю кладов часто считают ужа. В полночь перед Благовещением (25.III/7.IV) можно увидеть его, сияющего, как огонь (Поп.КПНК: 32). В болгарских сказках (сюжет 461) встречается образ змеи, одаривающей бедняка золотом (Бен.ЗБФ: 13).

Охранителем кладов болгары считают не только змею, но и змея— «халу» или «ламю» (там же: 12). По поверью поляков Краковского воев., золотые и серебряные клады охраняет уж с золотой или с серебряной головой. За убитого золотого ужа можно получить много денег.

Снятую с него шкурку насаживают на длинный шест (чтобы змеи всегда держались от человека как можно дальше), относят домой и держат в чулане— считается, что она приносит счастье (р-н Велички, Вежбанова, Hrad.PWL: 65). В окрестностях Тарнобжега верят, что бедный станет богатым, если будет носить при себе змеиный выползок — слинявшую кожу змеи (Wierzch.ME: 210).

По хорватскому поверью, носящий в кармане язык белой змеи всегда будет иметь деньги (Копривница, Ђор.ПВП 2: 183).С кладами и богатством связан и летающий змей (кашуб. wotelnik, луж. plon, pjenezny zmij). По поверью кашубов, клады следует искать там, где покажется низко летящий над землей огненный змей (совр. Гданьское воев., пов. Картузы, Несёловице, ArchKESUJ 7856/2а). У нижних лужичан «денежный змей»

Поганый, поганка, погань

03.04.2020

Что такое поганизм? | Славянские термины

Поганый

по-га-ны-й

Буквально: сверх всего (по) закреплён (га) окончание прилагательного или погружённый (ны-й).

Поганый – поверх всего закреплённый погружением. Нечто высокое, вкопанное. Шест, идол, избушка на курьих ножках.

Или просто – поверх всего закреплёно. Дольмен, шест шамана, идол, навершие посоха шамана (часто с черепом животного или человека).

Что такое поганизм? | Славянские термины

БВП. В данном случае русское слово поганый вполне ассоциируется с понятиями язычник, языческий идол, вкопанный вертикально в землю, но это значение вытекает из нашей трактовки слова в русском семантическом поле и ни в коем случае не вытекает из притянутого за уши латинского слова paganus – деревенский. Слова поганый и paganus просто похожи. Корни разные. У слова поганый – поган, у слова paganus – pag. Поган и pag. Только в этимоложьем сознании это одно и то же.

Что такое поганизм? | Славянские термины

Школьный этимологический словарь русского языка

ПОГАНЫЙ. Общеслав. заимств. из лат. яз., где paganus — суф. производное от pagus «деревня, село». Буквально — «деревенский», затем — «необразованный; язычник, иноверец». Последнее значение дало современное (нечистый, плохой, несъедобный, ср. поганка).

БВП. Доверяй, но проверяй. Фраза «доверяй, но проверяй» в англоязычной Википедии также присутствует и выглядит как Doveryai, no proveryai.  Американцы считают эту фразу русской пословицей. По-английски пишется: Trust, but verify. Попробуем проверить.

Вот копия экрана с переводом с латинского на русский слова pagus.

Что такое поганизм? | Славянские термины

Вот значение слова pagus в Энциклопедии Брокгауза и Эфрона. 2021 https://slovar.cc/

PAGUS

≈ Пагами в древнеримской истории назывались округа общин или племен, имевшие скорее географическое значение. Это были волости с несколькими разъединенными поселками, вилами, имениями (в противоположность vici ≈ деревни), не имевшие политической самостоятельности и организации и сходные с первоначальными аттическими домами (δήμοι). В пагах могли жить члены разных родов (gentes), причем названия пагов в большинстве случаев определены местными прилагательными на anus, и лишь немногие получили название от родовых фамилий (pagus Julius, Valerius). He имея политической организации, паг имел, однако, своего магистра (magister pagi или aedilis pagi), избиравшегося на год и ведавшего главным образом дела культа, так как в каждом паге был свой религиозный центр со своим божеством-хранителем. Магистры пагов заведовали также содержанием дорог, водоснабжением и представляли собой местную полицию. Bcе остальные дела подлежали администрации общины (civitas, populus), в которой находился паг. Размеры этих волостей были невелики; так, к городу Beneventum было причислено 11 пагов и т. д. Жители пагов наз. pagani. В Риме пагами назыв. участки, присоединенные с развитием города, к старой столице (Roma quadrata), так что жители древнейшей части Рима наз. montani, а жители других частей (напр. Капитолия, Авентина, Яникула) ≈ паганами. Так дело стояло до 7 года до Р. Хр., когда Август разделил Рим на regiones. Галльские паги, о которых говорит Цезарь, были также территориальные единицы, входившие в состав территории отдельного племени. Они принадлежали, вероятно, родовым группам и представляли собой волости с выборным старшиной (princeps у Цезаря) и с общинным порядком землевладения.

Википедия. Паг.

  https://ru.wikipedia.org/wiki/Паг_(территориальная_единица)

Цитируется с сокращениями.

Этимология

Происходит от латинского корня pāg-,апофония индо-европейского *pag-, что означает «закреплять, отмечать» (ср. английское peg). Первоначально означало, очевидно, «граница, размеченная на местности».

Функции в Древнем Риме

Паги представляли собой совокупность нескольких поселков, вилл или имений. Не обладали политической самостоятельностью, но имели своих магистров. Через магистратов паги отвечали за исправность дорог на их территории, имели свои особенные священнодействия, магистры пага сдавали в аренду земли пагов.[1]

Функции в послеримский период

Паг как обозначение территориальной единицы продолжал существовать и в послеримский период — для обозначения территории, подвластной Меровингскому или Каролингскому графу. Паг делился на маноры. Границы большинства природно-исторических областей Франции (фр.)русск. совпадают с границами этих графств (например, бывшее графство Комменж, бывшее графство Понтьё (фр.)русск.).

Конец цитирования.

Возникают «смутные сомнения». Перевод с латинского pagus «страна». Значение слова pagus в Энциклопедии Брокгауза и Эфрона даётся шире, но оттенка предосудительности в статье нет и в помине. Никакого негатива не прослеживается в статье из Википедии. И только в построениях этимологов присутствует некая предосудительность. Копнём глубже.

Снова перечитываем школьный этимологический словарь русского языка.

ПОГАНЫЙ. Общеслав. заимств. из лат. яз., где paganus — суф. производное от pagus «деревня, село». Буквально — «деревенский», затем — «необразованный; язычник, иноверец». Последнее значение дало современное (нечистый, плохой, несъедобный, ср. поганка).

Смущает ассоциативный ряд, выстроенный в статье: «деревенский», затем — «необразованный; язычник, иноверец». Последнее значение дало современное (нечистый, плохой, несъедобный, ср. поганка). Отмечу, что этот ряд выстроен умозрительно и целенаправленно. Здесь этимолог обманывает читателя, сознательно строя текст таким образом, что специально создаёт впечатление реального исторического процесса метаморфозы смыслов. Но это иллюзия. Смысловые галлюцинации. Этот ассоциативный ряд недоказуем. В лучшем случае это этимоложная версия.  Можно принять пару «деревенский» — «необразованный». Но почему деревенский — язычник? Далее. Почему язычник, иноверец — несъедобный? Наш этимолог людоед? Этимолог не ест иноверцев? Шучу. И далее, почему очень широкое понятие «несъедобный» «русский этимолог» вдруг резко сужает до эксклюзивного обозначения конкретного гриба. По логике статьи русские должны кликать любой несъедобный объект, в том числе и этимолога, поганкой. Но такого не зафиксировано. Очевидно, что несъедобный «русский этимолог», как нерадивый двоечник, грубо подгоняет решение задачи под желаемый ответ. Возможно, перед нами образец небрежной и недобросовестной работы. Образец старинной этимоложьей халтуры.

Смотрим, что пишет по поводу русского слова «поганый» наше всё Фасмер.

Этимологический словарь Фасмера

ПОГАНЫЙ

пога́ный

  • «нечистый, грязный», пога́н, -а́на, -а́но, укр. пога́ний «плохой», др.-русск. поганъ «языческий», ст.-слав. поганъ βάρβαρος, δήμιος, ἔθνος (Еuсh. Sin., Супр.), поганыни «язычница» (Зогр., Мар.), болг. пога́нец «язычник, нечестивец» (Младенов 437), сербохорв. по̀ган «нечистый», словен. роgа̑n – то же, чеш., слвц. роhаn «язычник», др.-польск. роgаn, польск. poganin, в.-луж. роhаn – то же. Из слав. происходят лит. pagõnas, лтш. pagãns «язычник», др.-прусск. вин. мн. роgаnаns (см. М.–Э. 3, 28 и сл.).
  • Стар. заимств. из лат. pāgānus «сельский, языческий»: pāgus «округ» (Мейе, Ét. 185; Брюкнер 426; Романский, JIRSpr. 15, 124 и сл.; Скок, RЕS 7, 193; Шварц, AfslPh 41, 129; Г. Майер, IF 3, 71; Ngr. Stud. 3, 50 и сл.; Грюненталь, ZfslPh 9, 380; Богач, LF 35, 443). Ввиду отличия в знач. и географического распространения посредство нов.-греч. παγανός «мужицкй» невероятно, вопреки Соболевскому (РФВ 10, 166), Фасмеру (ИОРЯС 12, 2, 226; Гр.-сл. эт. 153). Отсюда произведено пога́нить, которое вряд ли имеет что-либо общее с польск. ganić «хулить, осуждать», чеш. haniti, вопреки Маценауэру (68, LF 7, 175 и сл.), Миклошичу (Мi. ЕW 254).

В статье приводится странная параллель: погань, βάρβαρος, δήμιος, ἔθνος. Для справки, греческие слова βάρβαρος, δήμιος, ἔθνος значат, соответственно: варвар, палач, этнос. Я нахожу такой ассоциативный ряд слишком произвольным, натянутым и странным. Тем более, что притянуты почему-то греческие слова, а не латинские. Напомню, мы имеем дело с научной статьёй, а не с ответами душевнобольного на тесты Роршаха.

Мне не хочется детально анализировать текст статьи, но замечу, что при внимательном прочтении её, искушённый читатель увидит вместо этимологии длинную тавтологию. Статья начинается с толкования слова поганый, как нечистый, грязный, плохой, языческий  и заканчивается перечислением значения этого слова в славянских языках. Где-то в средине статьи лукаво втиснуто бездоказательное утверждение: Стар. заимств. из лат. pāgānus «сельский, языческий»: pāgus «округ». И всё! Это утверждение и есть квинтэссенция. Остальное – вода.

Если слить воду, то останется бездоказательное утверждение: Стар. заимств. из лат. pāgānus «сельский, языческий»: pāgus «округ». И только! Вот и весь Фасмер.

Утверждение. Слова поганый, поганка, погань исконные. То, что они похожи на латинские слова совсем не доказывает происхождения русских слов из латыни.

Обоснование этого утверждения ниже.

Поганка

Что такое поганизм? | Славянские термины

Учитывая, сказанное о слове поганый, поговорим о родственном слове поганка. Этимологи утверждают, что слово поганка произошло, в конечном итоге, от латинского pāgānus. Усомнимся. Напоминаю городским жителям по профессии «русский этимолог» (в деревне, в «пагах» этимологов не разводят из-за нерентабельности), что такое поганка. Поганкой бледной называют смертельно опасный ядовитый гриб, встречающийся в основном в лиственных лесах. На вкус и запах поганка неотличима от съедобных грибов. Однако 30-ти граммов гриба достаточно, чтобы смертельно отравить человека. Обработка высокой температурой, маринование и засолка абсолютно не снижают ядовитость поганки. Антидота (противоядия) не существует. Распространена в южной и средней полосе Евразии. Это первое.

Теперь второе. Не все народы одинаково охотно включают грибы в свою традиционную кухню. Например, чешский писатель Карел Чапек, путешествуя по Швеции, удивлялся, как обильно в тамошних лесах растут роскошные белые грибы. Но, сокрушается Чапек, шведы их совсем не собирают и не едят. В отличие от Чехии. На Руси грибы также входят в традиционную кухню. Грибы на Руси хорошо знают и различают. Съедобные грибы идут в корзинку, несъедобные вон. И самый страшный гриб бледная поганка был известен всем грибникам. И назывался он поганка. Всегда. А господа «русские этимологи» заявляют, что веками в старину этот страшный гриб в русских деревнях был безымянный! Пока из неведомой страны, с невиданного языка на Русь не явилось слово pāgānus! Обрадовались деревенские жители (те, кто ещё не отравился) и давай именовать ядовитую тварь импортным словом! Вот такую теорию проповедуют «русские этимологи». Дорогие читатели, я в эту брехню верить отказываюсь. Доказательств «русские этимологи» не дают, а на слово этим деятелям верить нельзя. Самый страшный ядовитый гриб и без названия! Веками. В грибной стране. Где грибы в пищу употребляют во всех видах.

 Что такое поганизм? | Славянские термины 

Привожу реставрацию исходных смыслов русского слова поганка. Скажу заранее, слово поганка просто кричит об опасности. При любых разбиениях на элементарные семы.

п-о-г-а-н-ка

Буквально: периодически импульсивно внезапно, резко (п) весь объём (о) внутренней силой само поднимается и выступая (г) устраняется (а) с носителя на низ (н) падая, в результате удаления (ка).

Поганка – периодически импульсивно, внезапно, резко весь объём внутренней силой самоподнимается и выступая, устраняется с носителя (устраняется из человека) на низ, падая, в результате удаления.

Описывается импульсивный, судорожный процесс опустошительной рвоты.

п-ог-ан-ка

Очень быстро, внезапно воздействует (п) наступает понижение (ог) подъёма (ан) падением (ка).

Поганка. Внезапно воздействует, наступает понижение подъёма падением. Внезапно наступает резкая слабость, падение подъёма.

Говорят: подъём сил, душевный подъём. Происходит резкое падение этого подъёма. В результате отравления поганкой наступает резкий упадок сил, слабость..

п-о-г-а-н-к-а

1) резко (п) всё (о) внутреннее, силой (г) удаляется (а) на низ, на поверхность (н) до (к) устранения (а)

2) резко (п) всё (о) внутреннее, силой (г) удаляется (а) с  низу, на поверхность (н) до (к) устранения (а)

Поганка —

1) Резко всё внутреннее, силой удаляется на низ, на поверхность до устранения.

Сначала внезапно вызывает сильнейшую рвоту.

2) Резко всё внутреннее, силой удаляется с низу, на поверхность до устранения.

Возникает сильнейший понос. (до 20 раз в сутки).

Что такое поганизм? | Славянские термины

БВП. Про водоплавающую птицу поганку (чомгу) мы поговорим в книге о флоре и фауне. Материалы готовы и ждут своей очереди.

Погань

п-о-г-а-н-ь

Буквально: внезапно (п) всё (о) внутренней силой самоподнимается (г) и устраняется, как отклик, реакция (а) на поверхность, на низ (н) совсем, до конца (ь)

Погань – внезапно всё внутренней силой самоподнимается и устраняется, как отклик, реакция на поверхность, на низ совсем, до конца. Внезапный рефлекс, спонтанная рвотная реакция на некую отвратительную мерзость. Каждый из нас хотя бы раз в жизни сталкивался с вызывающей непреодолимую рвоту поганью.

Итог

  Что же у нас, читатель, получилось в итоге? Мотивированность слов поганый, поганка и погань в русском языке доказана. Доказательство перед вами. Если слово мотивировано в русском языке, то, очевидно, оно исконное. Но и сбрасывать со счетов латинское слово pāgānus я воздержусь. И вот почему. Pāgānus очень похоже на русское поганый. Как гриб поганка на шампиньон. Я предполагаю, что произошло наложение латинского термина pāgānus (паганус) – язычник, на извечное русское слово поганый. Слово поганый приобрело дополнительное значение «язычник». Подчеркну ещё раз. Не русское слово поганый произошло от латинского pāgānus, а значение латинского слова pāgānus «язычник» привито к русскому слову. Дополнительное значение по мичурински привито книжниками духовного звания или гастарбайтерами из Италии, фрязинами на исконное русское растение «поганый»! Изначальные, коренные значения извечного русского слова «поганый» остались при этом неповреждёнными.

Если предложенная модель ошибочна, то остаётся только одно – значение  слова поганый – языческий идол (нечто высокое, вкопанное) заимствовано из русского языка в латинский и привито к латинскому pāgānus! Заимствовалось не слово, а определённое, одно из множества,  значение. При заимствовании широкий смысл донорского слова в языке реципиенте всегда сужается. Сами слова поганый и pāgānus исконные в своих языках.

Что такое поганизм? | Славянские термины

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector