Дрема – дух сновидений – Магия успеха

Бессонница

Как и дрема, бессонница была одновременно состоянием и персонажем. Когда человек не мог уснуть, это объясняли действиями злых духов, которые назывались по-разному: ночница, крикса, плакса, полуночник, крикливец. Изгоняли их заговорами:

Криксы-вараксы!
Идите вы за крутые горы,
За темные леса от младенца (имя).

Духов, которые «щипали и дергали дитя», представляли по-разному: в некоторых регионах — в виде летучих мышей, червей, птиц, иногда — в виде привидений или блуждающих огней, а иногда как женщин в черной одежде. Постепенно народ забыл крикс — злобных духов, и так стали называть плаксивых детей.

Бессоннице посвящали стихотворения поэты разных эпох, одним из первых обратился к этому мотиву Федор Тютчев. В 1829 году он написал стихотворение «Бессонница». А год спустя тютчевский образ («Часов однообразный бой, / Томительная ночи повесть!») переработал Александр Пушкин:

Мне не спится, нет огня;
Всюду мрак и сон докучный.
Ход часов лишь однозвучный
Раздается близ меня…

На пушкинские «Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы» откликнулись поэты Серебряного века. В 1904 году Иннокентий Анненский опубликовал в цикле «Бессонницы» сонет «Парки — бабье лепетанье», а в 1918-м стихотворение с таким же названием написалВалерий Брюсов.

В 1912 году стихотворение под названием «Бессонница» написала Анна Ахматова, а через девять лет — Андрей Белый. Поэтический цикл посвятила бессоннице и Марина Цветаева. Во всех этих произведениях литературоведы находят переклички со стихотворениями Пушкина и Тютчева.

Прозаик Серебряного века Алексей Ремизов обратился к русскому фольклору. В сказке-миниатюре 1903 года «Купальские огни» он описал духов из старинных суеверий. Буйствуя в ночь на Ивана Купалу, ремизовские «криксы-вараксы скакали из-за крутых гор, лезли к попу в огород, оттяпали хвост попову кобелю, затесались в малинник, там подпалили собачий хвост, играли с хвостом».

Боги сна и сновидений » боги славян

СОН — славянский  бог сна

РОДОСЛОВНАЯ — муж Дремы, сын Велеса и Мары,  отец Угомона. Имел сестру Соню.

сонДРУГИЕ БОГИ СНА У СЛАВЯН.

Дрема —  богиня сонных мечтаний

Угомон —  ответственный за колыбельные песни

Кот Баюн (Бай) — бог специального усыпления (путем рассказывания сказок, например)

Соня — богиня сновидений.

БАЙ — один из божеств сна, персонаж белорусского фольклора

Есть такая белорусская припевочка:

Ішоў Бай па сцяне
У чырвоным жупане.
Нёс сямёра лапцей —
І сабе, і жане,
І дзіцёнку па лапцёнку.
Баіць ці не?.. 

..

.

ШИШИМОРА — мелкая нечисть, что является хозяйкой в беспокойных снах, и приносит нам разные странности постельные.

  • А когда он попытался укрыться в царство шишиморы — хозяйки беспокойных снов и всяких постельных странностей — его снова вытянули назад и снова потребовали доказательств. А.Прозоров, Слово воина (Ведун-1)

БОГИ СНА У ДРУГИХ НАРОДОВ.

-сон-гипносГИПНОС — древнегреческий бог сна. Изображался с крыльями (причем иногда крылышки рисовали у висков). Основные атрибуты — черный мак и кувшин со снотворным напитком. Считалось, что Гипнос жил  на острове Лемнос в пещере, возле входа пещеры росли растения, имеющие сонный эффект. Возле пещеры брала свое начало река Забвения.  У Гипноса  был брат-близнец – Танатос — бог смерти. Имел сыновей: Морфея, Фобетора и Фантаза.

МОРФЕЙ — сын Гипноса, насылает на людей только легкие хорошие сновидения.

ФОБЕТОР — сын Гипноса, мог перевоплощаться в животных и птиц, и проникать в кошмары людей.

ФАНТАЗА — сын Гипноса, обладал способностями подражать как различным явлениям природы, так  и многим неодушевленным предметам. Проникать он мог только в осознанные сновидения.

СОМН — римский бог сна.  Его матерью была богиня ночи Никс, а отцом ее брат Эребус. Жил Сомн в пещере снов, одевался в темные одежды с золотыми звездами, на голове носил маковый венок. Обязательный атрибут — кубок с маковым соком.

сон-свагнешвари-4СВАПНЕЩВАРИ  (Свапнадэви, Нидрадэви) — индийская богиня сновидений.

Миловидная и спокойная, она укачивает людей, чтобы дать им отдых от трудностей.

.

сон-на-хагНА-ХАГ (Инхабулос, Нхэц-Нубар) — древнейшие божества сновидений, способное насылать на людей страшные сны  и кошмары.

Что интересно, у На-Хага тоже есть крылья.

То есть он тоже может ими обнять так, что никуда из его объятий и не вырвешься.

1-ловец снов-домовята - 333КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИГРЫ.

В игре «Домовята» есть очень интересный артефакт — талисман — «Ловец снов».

Уверена, что тот, кто проводит ночи под чарами этого талисмана, имеет сон крепкий и здоровый. И кошмары ему не снятся. И высыпается он лучше.

Есть «Ловец снов» и в игре «Клондайк».

******

Его женой была богиня Дрема, которая покровительствовала не только сну, а и лени, и мечтаниям. Славяне представляли ее в образе маленького человечка, который ходит под окнами и ждет наступления ночи. После того как все покрывалось тьмой славянская богиня сна пробиралась через щели в дом и своим тихим убаюкивающим голосом погружает в сон жильцов. К детям Дрема подходила и закрывала им глаза, поправляла одеяло, и гладила по волосам. Как зовут других богов снов у славян:

Бута – божество сна у азербайджанцев.

Нитур – управитель сновидений. 

Аламэдас – бог сна, повелитель кошмарных снов, повелитель тени.

Оле Лукойе – божество сна и сновидений у выходец из Скандинавии.

Бэс и богиня Бэст – египетские охранители сна людей. оберегает жилища людей и богов от несчастий, болезней бед и колдовства. Кроме того, Бэс – повелитель снов и видений. В Египте изображение встречалось на стенах и вещах как богатых людей, так и бедноты. В том числе, его изображение наносили на обереги и делали его кумиры.

Гьюма Ченмо — тибетская охранительница (дакиня) сновидений.

сонСалгье Ду Долма или Салчьжэ Дудалма — тибетская охранительница учения сна.

Унтамо — финский дух сна, известный из Калевалы. Иногда так называют вкушающего вечный сон Випунена — мудреца, хранителя знаний поколений.

Спенджагра – Очернённое Пламя мира сновидений. Известен из зурванизма.

Бушъясп – иранский див сна и снобдения.

Аламэдас — Тень, повелитель кошмаров.

Питао-Шикала – бог сновидений у сапотеков.

Кикимора – дух ночных кошмаров и домашней плесени. Свое название получила от «шишимора», где «шиш» – нечистый дух, а «мора» – олицетворение сил Богини Мораны. Кикимора, как правило, не показывается людям, но утверждают, что она маленькая, безобразная, неопрятно одетая старушонка.Поселившись в доме, Кикимора нередко становиться супругой Домового и если тот работящий да весёлый, то и характер Кикиморы может перемениться в лучшую сторону. Ну а если же Домовой лентяй да проказник — тут Кикимора проявит всю свою «кикиморочью натуру», ибо Кикимора, в отличие от Домового – злой дух дома, тёмная его сторона.В пору двоеверия на Руси 16 февраля отмечали день Маремьяны Праведной, прозванной в народе Меремьяной-Кикиморой. В этот день старались задобрить Кикимору, чтобы она не путала пряжу и не проказила по ночам.

——————————-

Статья из ПАНТЕОНА СЛАВЯНСКИХ БОГОВ, духов и героев

(808) Информация подобрана специально для сайта 

Веды » дрема в славянском фольклоре и мифологии часть 1

Дрема - дух сновидений - Магия успеха

Предисловие

   Персонаж Дрема и состояние дремоты, которое он олицетворяет, упоминаются во многих жанрах славянского фольклора: заговорах, колыбельных, игровых, свадебных и лирических песнях, в этнографических описаниях, что дает нам достаточно много информации о них. Однако в работах о славянской мифологии Дрема рассматривается крайне редко, скупо, неполно, что, конечно, обедняет наши представления о славянской картине Мира. 

   Вероятно, из самых лучших побуждений некоторые авторы заполняют лакуны славянской мифологии вымышленными богами типа Вышень, Крышень, ничего общего с народной славянской культурой и верованиями не имеющими. А аутентичные славянские мифологические персонажи, в том числе и Дрема, остаются в тени забвения и непонимания. Пример неполноты и искажения образа находим в книге «Русские легенды и предания» (Е. Грушко, Ю. Медведев, М. 2007), где о Дреме написано коротко, что позволяет привести текст полностью: 

   « Дрема – вечерний или ночной дух в образе доброй старушки с мягкими, ласковыми руками или же в обличье маленького человечка с тихим убаюкивающим голосом. В сумерках Дрема бродит под окнами, а когда темень cгyщается, то просачивается сквозь щели или проскальзывает в дверь. Дрема приходит к детям, закрывает им глаза, поправляет одеяло, гладит по волосам; со взрослыми этот дух не так нежен и порою навевает кошмары».

   Это то, что называется полуправда, которая хуже лжи. Авторы описали Дрему, опираясь, в основном на данные колыбельных песен, не учитывая, что образ Дремы встречается в эротических забавах молодежи, что однокоренными словами называли особые виды свадебного хлеба, русальские игры, купальские цветы, венки и букеты из различных растений, а так же ночную птицу и целый класс спящих днем бабочек. Что в Рязанской области справляли «Дряменный день», что в России и Белоруссии существовали ритуалы «проводов дремы», а лужичане дремоткой называли персонажа ряженья и чучело, которое подбрасывали в собрание девушек. 

   Все эти данные (особенно называние «дремой» цветов, венков и букетов) говорят о том, что образ «доброй старушки» хотя и очень симпатичен, но не соответствует народным представлениям о мифологическом персонаже Дрема. Становится очевидным, что в современных работах о славянской мифологии обнаружена досадная брешь, восполнить которую я попытаюсь ниже, собрав и приведя «в порядок» разрозненные данные об этом персонаже. 

1. О слове «дрема», его близких, дальних и возможных родственниках 

   В современной повседневной речи слова «дрема», «дремота» (и другие однокоренные) активно используются, причем с этими словами образуются новые, ранее неизвестные словосочетания, что говорит об актуальности темы.

   По сообщению Д. Салова (Курск) его некурящий отец называл длительный перерыв в работе «перекуром с дремотой»; у студентов бытовало определение «дремотная лекция», например, известного уфолога Ф. Зигеля который вел в институте предмет начертательная геометрия, слушать было невозможно по причине монотонности его речи, аудитория дремала или резалась в карты; во время службы в армии приходилось слышать команду «Кончай дремотину…вашу мать!» вместо уставного «Подъем!»; дома теща будила внука словами «вставай, дремушкин!», а внучку не будила такими словами никогда (это важное замечание, ниже увидим почему).

   Собственно «дремать» значит быть сонливым, сидеть в полусне, засыпать слегка самым чутким сном; а «дрема», «дремота» это наклонность ко сну, сонливость или начало усыпления, самый легкий сон; «дремы» – сны, грезы, виденья; мечты, игра залетного воображенья (В. Даль. Толковый словарь живого великорусского языка. Том первый. М. 1995, с.491-492). Слова эти древние, общеславянские, происходят от праславянской формы *drěmati (М. Фасмер Этимологический словарь русского языка том 1, С-Пб 1996, с. 537).

   «У славянского слова «дрема» есть германские когнаты dream (англ) и Traum (нем) с гласными на том же месте. Рискну предположить, что дрема – одно из древних индоевропейских слов, сохранившихся в практически первоначальном виде со времен славяно-балто-германского единства. Dream(дри:м) – это по-английски мечта, сон, сновидение, мечтать. “I have a dream” – без контекста может значить как “У меня есть мечта”, так и “Мне снится сон”.Traum – мечта по-немецки» (В. Жернаков, из личной переписки). В скандинавских странах есть понятие drømmehagen – «сад сновидений», пребывать в нем значит жить мечтами. 

Еще про Тора:  Боги восточных славян: краткие описания

ДРЕМА в славянском фольклоре и мифологии 
drømmehagen

Все эти слова родственны латинским . dormiō, dormīre «спать», далее, др.-инд. drā́ti, drā́yatē «спит», греч. δαρθάνω «сплю», аор. ἔδραθε и восходят к праиндоевропейскому *dre- «спать».

   Русское выражение «дремучий лес» означает лес густой (а значит тёмный), с завалами, непроходимый (а значит ограничивающий движение), лес глухой, в котором стоит тишина, что в совокупности воздействий вызывает сонное состояние, дремоту, во время которой могут приходить видения, как бы обитающие в таком лесу, сравни у Пушкина: «Там лес и дол видений полны…».

   На сегодняшний день выражение «дремучий лес» ассоциируется с НЕ знанием: «чужие люди – дремучий лес», «для меня физика – дремучий лес»; глупые, необразованные люди называются дремучими, «дубинами стоеросовыми» (то есть огромными дубами, деревьями растущими стоя).

   То, что так было не всегда, нам говорят сказки, в которых лес и отдельные большие, старые деревья зачастую оказываются говорящими, делящимися информацией. Например, в сказке «Вещий дуб» старик врет старухе: «Диво дивное на свете деется: в лесу старый дуб все мне, что было, сказал и что будет – угадал!». Старуха верит, идет к дубу, заранее зная как надо общаться с вещим деревом: «…перед дубом повалилася, замолилася, завыла: «Дуб дубовистый, дедшка речистый, как мне быть?»» (Народные русские сказки А.Н. Афанасьева. М. 1957, №446, с. 261).

   С точки зрения «человеческого кода», деревья (и шире – все растения) находятся как бы в состоянии дремоты. Судите сами, дремлющие люди чаще всего находятся в вертикальном положении, сидя (см. определение В. Даля: «дремать» – …, сидеть в полусне..) или даже стоя (см.ниже фото старушки в церкви). Во время дремоты человек может наклоняться, двигать руками, издавать негромкие звуки, бормотать, шептать, вскрикивать. Так и растения, основной признак которых это «стоеросовость», вертикальное положение в одном месте без возможности передвигаться, но при этом растение может качаться, махать ветками, наклоняться, издавать звуки (скрипеть, «шептать» листвой). 

  Довольно долгое время считалось, что название кельтских священнослужителей «друиды» происходят от слов со значением «древо», «дуб». Ныне установлено, что галльская форма «druides» (в единственном числе «druis»), так же как и ирландское «drui», восходят к единому прототипу «dru-wid-es», то есть «весьма учёные», содержащему тот же корень, что и латинский глагол «videre», «видеть», готский «witan», германский «wissen», «знать», славянский «ведать».

   Однако, в кельтских языках слова, обозначающие «науку» и «лес» были омонимами (галльское «vidu-»). То есть мы опять возвращаемся к тому что друиды это люди не только «весьма ученые» но и «весьма лесные» люди, постигшие «лесную науку», получавшие свои магические знания в дремучем лесу и контактировавшие с деревьями (и другими растениями), и это навевает мысль о том, что «dru-wid-es» можно понимать как «в дремоте видящие», «дремлющие в дремучем лесу провидцы». 

   На другом «полюсе» индоевропейской ойкумены основатель буддизма Сиддхартха Гаутама был рожден под деревом имеющим успокоительные, дремотные свойства, и обрел духовно знание, мудрость в роще, медитируя под деревом. Изображения Будды в состоянии медитации показывают нам дремлющую фигуру. 

ДРЕМА в славянском фольклоре и мифологии
   В настоящее время считается, что слова «дрема», «древо» и «друид» происходят от разных индоевропейских корней, что не исключает их родства на более глубоком, например, ностратическом уровне, но это дело отдельного лингвистического исследования. Мы же, лишь обратим внимание на их включение в общий семантический круг, в котором люди и деревья в состоянии дремоты источают и получают знания. 

   Поговорка «во сне видится, в дремоте чудится» говорит нам о понимании русским народом разницы сна и дремоты. И действительно, увиденное во сне человек во время сна воспринимает как реальность, но это иллюзия, а грезя состоянии дремоты человек думает что видит иллюзию, чудо, но эти грезы, мечты – сознательная деятельность его мозга, которую при желании можно направить, подобно Будде, по нужному пути.

  Как известно, значение слова не исчерпывает его смысла. «Истинный смысл отдельного слова определяется, в конечном счете, богатством всех мотивов, имеющихся в сознании и относящихся к мысли, выраженной данным словом» (Б. Кёпеци « Знак, смысл, литература» в сборнике «Семиотика и художественное творчество», М. 1977, с.45). Ниже мы попытаемся проникнуть в смысл, в сущность славянского феномена Дремы в широком контексте реальности. Учтем также, что в некоторых славянских языках слово «смысл» означает «ощущение».

2. Ощущения дремы или Дрема как стимулятор роста 

   В учебном пособии для вузов «Русские обрядовые песни» автор Ю.Г. Круглов, рассматривая игровые песни, пишет: «… Непонятен в песнях, например, образ Дремы; к Дреме обращались:
…Полно, Дремушка, дремати,…
Бери, Дрема, кого хочешь…
Целуй, Дрема, сколько можешь!» (М. 1989,с. 139).

   Это цитата из молодёжной хороводной игры, входящей в группу «поцелуйных» – игрок «Дрема» находится в кругу, выбирает пару противоположного пола, целует и сажает или ставит его (её) на своё место. Непонимание (даже у специалистов!) образа Дремы в молодёжных играх связано с тем, что он ассоциируется в первую очередь со «сладкой парочкой» из колыбельных песен для детей Сном и Дремой: «Сон да дремА, поди к дитятку в глаза…» (Потешки, считалки, небылицы, М. maj1989, № 246, с. 93). 

   В колыбельных песнях присутствие Сна и Дремы вполне понятно – маленьким детям нужно много спать или безмятежно дремать для полноценного физического и умственного развития. Попробуем разобраться, почему «безобидный» Дрема из детских колыбельных песен вдруг появляется в эротических игрищах деревенской молодёжи. Да и тот ли это Дрема? Для этого обратимся к текстам с упоминанием рассматриваемого персонажа. 

  В свадебном «подколе» девушки – гостьи находим ситуацию, почти аналогичную вышеупомянутой поцелуйной игре: дрема (парень) высматривает из девиц одну:

«Ходит дрема по половицам,
Выглядывает по девицам:
Все девушки белы,
Все красны, румяны –
Одна тут Настенька…
Сидит неумоя,
Сидит неутера!
Приходил к ней Григорьюшка…
Приносил ей косяк мыла:
– На, Натальюшка, умойся…
Будешь побелее,
А мне – помилее!» ( «Обрядовая поэзия. Книга 2, семейно-бытовой фольклор». М. 1997. с. 404).

  Несмотря на то что рассматриваемая песня помечена собирателем как «корильная», она имеет форму «сценария» и вполне могла быть игрищем, которое завершается не поцелуем с избранницей, а дарением ей мыла, которое в народной традиции входило в перечень обязательных даров от жениха невесте, то есть и этот текст, связан не с гигиеной, а с отношением полов. 

   У верхних лужичан как и у русских, персонаж drēmotka имеет отношение к молодежным забавам, в дремотку рядились в играх прях (Славянские древности. Этнолингвистический словарь. Том 5. М. 2022, «Сон», с. 121).

   Вариант хороводной игры с аналогичным персонажем встречаем в Уфимской губернии: 
«Сидит Дрема – сама дремлет.
(В середину хоровода входит парень, садиться и дремлет.)
– Полно, Дремушка, дремати,
Пора, Дремушка, вставати!
(Парень встает.)
– Гляди, Дрема, по девицам!
(Прень обходит девушек.)
– Бери, Дрема, кого хочешь!
(Парень выбирает девушку, кланяется ей и выводит на середину хоровода.)
– Сади, Дрема, на колени!
(Парень сажает девушку к себе на колени.)
– Трепли, Дрема, по голове!
(Парень гладит по голове девушку.)
– Целуй, Дрема, по любви!
(Целуются; хоровод начинает песню снова; роль Дремы исполняет девушка и соответственно изменяются слова песни.) » (В сокращении. Обрядовая поэзия. Книга 1, семейно-бытовой фольклор». М. 1997. с. 335- 336).

  Давно установлено, что такие игровые действия производились с магической целью усиления репродуктивных сил Природы, о чём прямо говориться в других народных песнях:
«…Да поцелуй парня в уста:
Будет рожь часта
Да примолотиста…»(записано в Вологодской губ. Ю.Г. Круглов «Русские обрядовые песни», М. 1989,с. 139).

«Целуй, девица в уста,
Чтобы рожь была густа…» (Записано у русских в Латвии. Ю.Г. Круглов «Русские обрядовые песни, с. 139).

ДРЕМА в славянском фольклоре и мифологии 
кадр из фильма «Барышня-крестьянка»

  То есть Дрема поцелуйных игр связан не только с устроением личной жизни молодёжи, но и с усилением жизненной силы растений, и эта его функция совпадает с целью призывов Дремы к младенцам в колыбельных песнях, так как в традиции считается, что во сне дети лучше растут: 
«Спи-ко подоле, так вырастешь поболе…» (Потешки, считалки, небылицы, М. 1989, № 246, с. 93). 
Или: 
«Наша Танюшка уснет,
Во сне вырастет,
Баю-баю-баю-бай.
Скоро вырастет большая,
Да на улушку пойдет…
…с ребятами играть» (Потешки, считалки, небылицы, М. 1989, № 246, с. 89). 

   Интересно, что функция Дремы как стимулятора роста имеет аналог в древнеиндийской мифологии: бог Савитар (Побудитель) первоначально был персонификацией абстрактного принципа стимулирования; связь его с солнцем – результат позднейшего развития (В. Н. Топоров). 
Наблюдение о положительном влиянии дремы на рост тех, кому должно расти (младенцев и растений) доказывает, что в жанре колыбельных песен для детей и игровых песнях молодежи Дрема является одним и тем же персонажем, несмотря на его явную эротичность в игрищах взрослых, а может и благодаря ей. 

   Обратим внимание на то, что Дрема в молодёжных играх обращается с противоположным полом так же, как обычно обращаются с детьми: «…Парень сажает девушку к себе на колени… Парень гладит по голове девушку». А по данным колыбельных с детьми Дрема ведёт себя так же, как общается между собой взрослая молодёжь: «…Дрема пришла,/ К Поле в люлечку легла,/ Полю ручкой обняла». То есть Дрема с детьми и взрослыми одинаково осязаемо ласковый (ая). 

   И это «не разделение» отношения к детям и молодежи говорит о древности образа Дремы, так как период детства выделился и оформился в особую стадию развития человека сравнительно недавно. Ещё в Средние века человек из младенчества, едва встав на ноги, сразу переходил в мир взрослых, минуя детство (время подражательных игр), и начинал, как мог работать на себя и общество. В народной культуре даже «люлечник» имел свои обязанности: «Сон да дремота – / Вот Ванюшина работа» Потешки, считалки, небылицы. М. 1989, № 1571, с.63).

Еще про Тора:  Амулет с птицей счастья: славянский оберег

  Интересно, что и детям и молодежи было не зазорно вздремнуть днём, в любом месте. В колыбельной песне о ребенке: «Сон да дрема…/Где Таисичку найдут,/Там и спать укладут…» » (Потешки, считалки, небылицы. М. 1989, № 11, с. 24- 25).

ДРЕМА в славянском фольклоре и мифологии
  В свадебной песне о девушке: «…Брала ягоды Татьяна,…/ Брамши ягоды, уснула…» (Обрядовая поэзия, книга 2, семейно-бытовой фольклор, М. 1997, № 800, с. 497). То есть девушка находилась в своего роде «саде сновидений» (сканд. Drømmehagen).

  Девушке заснувшей во время прядения говорили: «Спи, девушка, кикимора за тебя спрядет, матушка выткет»; «Спи, Мокуша пряжу спрядет для тебя». Такое поведение девиц стало считаться ленью сравнительно недавно, когда забылось то, что кикимора / Мокуша (две ипостаси одной Богини) прядением помогали хорошим девицам, а плохим путали пряжу, насыпали в глаза мусор. То есть эти поговорки изначально были не насмешкой над непряхой, но благопожеланием правильной девушке.

  То же находим и в отношении неженатых молодцев:
«…Пустил каролюшка сваво каня во зелены луга…
А сам каролюшка лег под кустом…
Приснился каролюшке премудреный сон…» (Собрание народных песен П.В. Кириевского. Ленинград 1986, № 225, с. 105).

   Однако общее количество сна не должно было превышать определенных пределов. В Архангельской губернии подмечали: «Если холостой много спит – тот наспит себе жену кривоглазую» (Ефименко П.С. «Обычаи и верования крестьян Архангельской губернии», М. 2009, с. 432). Считалось, что большие сони могут «надремать себе лихорадку». То есть такие чересчур дремливые люди будут маяться. 

  В этой связи нам интересна реконструкция одного из индоевропейских мифов, изложенная Д. Разаускасом в его работе «Мать Майя…», в которой он пишет о том что изначальные представления, предполагаемые в качестве семантической основы и.-е. тāiā можно обобщить так: божество взирает немигающим взглядом на истинную реальность, но начинает моргать и погружается в сновидение, в грезу, тем самым порождая «иллюзию мира». Далее божество теряет контроль над своим сном, теряет главенствующее положение в мире и превращается во второстепенное и сомнительное диво, а реальность, бытие, существование начинает восприниматься сознанием как сущая маята (в сборнике Балто-славянские исследования XV, М. 2002, с. 293- 294).

ДРЕМА в славянском фольклоре и мифологии 
Венецианов, 1824

  Но немного подремать днем считалось в славянской народной культуре вполне естественным, ведь ночью молодёжь вела активный образ жизни:

«- Я всю ноченьку не спала,
У чужих ворот проиграла,
Я с ребятами молодыми,
С неженатыми, холостыми…»(Собрание народных песен П.В. Кириевского. Ленинград 1986, № 225, с. 105).

Продолжение следует…

Дрёма

Дрема из русских колыбельных — это ночной дух, который усыпляет людей. С детьми он особенно нежен:

Уж как сон ходил по лавке,Дрема по полу брела.Дрема по полу брела,В кроватку к детке забрела.К ней в кроватку забрела,На подушечку легла.На подушечку легла,Детку ручкой обняла.

Этнографы вывели образ «доброй старушки с мягкими и ласковыми руками» или «маленького человечка с тихим убаюкивающим голосом». Этот персонаж мог быть как мужского, так и женского пола.

Встречался Дрема в детских играх:

У подростков была игра «Дрему сажать», при которой, стоя в хороводе, распевно пели про участника — «Дрему»: «Сидит Дрема, сидит Дрема, сидит Дрема само дремет, само спит. Вставай Дрема, вставай Дрема, к тебе людишки пришли». Далее, обращаясь к Дреме, просили его сплясать.

А это текст из молодежной «поцелуйной» игры:

Полно, Дремушка, дремати,Бери, Дрема, кого хочешь,Целуй, Дрема, сколько можешь!

В русской литературе XVIII–XIX веков слово «дрема» использовалось как синоним дремоты, полусна. А в XX веке дрему вновь стали связывать с конкретными образами. В одноименном стихотворении Константина Бальмонта 1914 года образ Дремы далек от доброго духа:

. И мучая, вся жгучая,‎Вся липкая, как мед,Дрожит дрема зыбучая,‎И кошкой к сердцу льнет.

В поэме-сказке «Царь-девица» 1920 года Марина Цветаева нарисовала Дрему в образе птицы:

Что ж не спишь опять? — «Не сплю, не дремлю,Дрему, радужную птицу, ловлю.Поступь легкая, и птица близка,Да ни сети у меня, ни силка».

В 1923 году похожую метафору использовал Михаил Булгаков в романе «Белая гвардия»: «Сонная дрема прошла над городом, мутной белой птицей пронеслась, минуя сторонкой крест Владимира, упала за Днепром в самую гущу ночи и поплыла вдоль железной дуги».

К детям добрая Дрема вернулась в 1964 году, когда поэт Зоя Петрова и композитор Аркадий Островкий написали колыбельную «Спят усталые игрушки» для телепередачи «Спокойной ночи, малыши!».

Обязательно по дому в этот часТихо-тихо ходит дрема возле нас.За окошком все темнее,Утро ночи мудренее.Глазки закрывай,Баю-бай.

Кот баюн

В старину, чтобы младенец хорошо спал, в люльку пускали кота. Усыплял детей и фантастический котик из народных колыбельных:

Ваня будет спать,
Котик Ваню качать.
А котик его качать
Да серенький величать.

Совсем другим был кот Баюн в волшебных сказках — не утешителем маленьких детей, а колдуном, убивающим своими речами. Слова «баю-бай», «баюкать» изначально не были связаны со сном — так говорили о завораживающей речи. «Баить» означало «говорить, рассказывать». В церковнославянском языке это слово значило также «заговаривать, лечить», в болгарском и сербскохорватском — «колдовать».

Один из самых известных волшебных котов в литературе — ученый кот из поэмы Александра Пушкина «Руслан и Людмила», впервые изданной в 1820 году. Запись об этом звере поэт сделал со слов своей няни Арины Родионовны: «У моря лукомория стоит дуб, а на том дубу золотые цепи, и по тем цепям ходит кот: вверх идет — сказки сказывает, вниз идет — песни поет». Этот мотив он перенес в пролог:

У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днем и ночью кот ученый
Все ходит по цепи кругом;
Идет направо — песнь заводит,
Налево — сказку говорит.

Научная экспедиция ученых из сша и италии порадовала мир другим открытием: наши озарения связаны с уменьшением количества визуальной информации, поступающей в мозг.

Проведенный ими эксперимент показал, что испытуемые, привлекавшие аналитику при решении предложенной им задачи, моргали редко, быстро и все силы направляли на обдумывание проблемы. Те, кто справлялся с трудностями по принципу «Эврика!» (феномен «Ага!»), напротив, выглядели как утомленные жизнью старики, дремлющие в кресле-качалке, – прикрывали глаза, неспешно моргали.

Будем надеяться, что Эдисону, Эйнштейну, Дали и как минимум половине исследователей сна можно верить и дремоту из праздной прихоти или побочного эффекта усталости можно превратить в источник творческой активности и генератор нетривиальных идей. А пока у нас есть железно доказанные когнитивные бонусы от непродолжительной сиесты, что уже неплохо.

Задремав посреди совещания, невыносимо скучного свидания или ужина с дальними родственниками и попавшись, всегда можно с чувством непоколебимой уверенности заявить, что ты просто повышал эффективность работы мозга, дабы сделать эту встречу еще краше.

Вечерний и ночной дух в образе доброй старушки с мягкими ласковыми руками или же в образе маленького человечка с тихим убаюкивающим голосом.

Богиня сна, сонных мечтаний.

Жена Сна.

В сумерках дрёма бродит под окнами, а когда темень сгущается, то просачивается сквозь щели или проскальзывает в дверь.

Дрёма приходит к детям, закрывает им глаза, поправляет одеяло, гладит по волосам; со взрослыми этот дух не так нежен и порою навевает кошмары.

Дрёма – род трав семейства гвоздичных.

Растут на лугах, скалах, сухих склонах и как сорные в огородах, садах, на полях.

Некоторые декоративные, кормовые.

Иногда дремой называют виды других родов семейства гвоздичных с поникшими цветками.

Дрема астраханская – охраняется.

Толкование снов из Сонника древних славян

Рассказ воспитателя.

Дрёма

Ночной дух в образе доброй старушки с мягкими, ласковыми руками, с тихим убаюкивающим голосом. В сумерках Дрёма бродит под окнами, а когда наступает ночь, Дрёма пробирается в дом сквозь щели или проскальзывает в дверь. Дрёма приходит к детям, закрывает им глаза, поправляет одеяло, гладит по волосам.

Игра «Дрёма».

Один из играющих выбирается Дрёмой. Он садится на лавку, делает вид, что дремлет. Остальные участники идут вокруг Дрёмы по кругу, меняя направление, поют:

Сидит Дрёма на полице,

Вяжет Дрёма рукавицы.

Пятый год!

Столь не вяжет, сколько дремлет,

Сама себя работой тешит.

Спит!

Будет, Дрёмушка, дремать,

Полно, Дрёма, хватит спать,

Встань!

Звучит напев колыбельной. Один из играющих входит в круг, обмахивает Дрёму платком, чтобы она проснулась.

Гляди, Дрёма, на народ,

Вставай, Дрёма, в хоровод.

Спляши!

Уж ты, Дрёма, пробудись,

Влево, вправо повернись.

Ну!

Дрёма открывает глаза и отвечает:

Мне давно было встать,

Мне кругом походить,

Мне людей посмотреть

И себя показать,

Поскакать, поплясать,

Во гудки поиграть.

Встает, пляшет. Но опять садится и дремлет.

Вот на нас Дрёма взглянула, На ходу Дрёма заснула. Ох!

Зима

Зима всегда славянам представлялась живым существом. Слуги зимы – метели, вьюги, поземки. Слуги просят у госпожи большого дела. Крутятся над землей снежные вихри, метут метели, бушуют бураны. Зима старается, чтобы все вокруг было белым!

Зимой к людям приходят веселые, светлые праздники: Рождество, Новый год, Крещение. К концу зима становится злобной старухой. В это время ее люди не любят. Ждут весну-красну.

Давайте споем песенку о зиме.

Зимняя песенка

Слова П. Когановой, музыка В. Витлина

До чего же хорошо,

Весело зимою.

В санках с горки ледяной

Мы летим стрелою.

Припев:

Тихо падает снежок

И не тает,

С нами песню ветерок

Запевает.

Припев.

Хорошо пушистый снег

Набирать лопатой!

Бабу снежную лепить

Любят все ребята.

Припев.

Покатили снежный ком

И бежим гурьбою,

До чего же хорошо,

Весело зимою!

Припев.

Кострома

Кострома – мать колосьев. Славяне сравнивали поле с матерью. Отсюда святость хлеба. В старину хлеб не резали ножом: хлеб, как человек, живой.

На проводах весны Кострому изображала молодая женщина, закутанная во все белое, с дубовой веткой. Для проводов – похорон Костромы – делали соломенное чучело, которое или сжигали, или топили, что означало, что земля всегда будет плодородной.

Лягушки

Это бывшие люди, затопленные всемирным потопом. У лягушек, как и у людей, по пять пальцев на руках и ногах: четыре длинных, а один короткий.

Бить их – большой грех. Убивать лягушек также боятся, потому что они могут вцепиться в того, кто захочет это сделать, и тогда лягушку ничем не оторвешь, придется с ней и помирать.

Еще про Тора:  Статья «Славянские обереги и их значение. Семь секретов»

Радуга

Радуга пьет воду из озер, рек и морей, как змея. Опускает свое жало в воду, набирает влагу, а потом выпускает. От этого бывает дождь. Вместе с водой радуга может захватить рыб, лягушек и даже людей.

Существует и такое поверье: радуга – мост на тот свет, по ней души умерших приходят иногда на грешную землю.

Эхо

Эхо – отклик нечистой силы: в лесу – лешего, около домов – домового, около бань – банника, а в воде – водяного.

Они нарочно отзываются на голос человека, чтобы приманить к себе и погубить.

В стародавние времена вместо слова «эхо» говорили: отголосок, отголосье, отгул, озык, позык, поголосье.

Дети по лесу ходили,

С криком в чащу угодили.

Кто-то деткам отвечал,

Словно шар назад бросал.

Побывали у реки

Заядлые рыбаки.

Стали звать они друг друга,

Кто-то им ответил глухо.

Вам скажу, дети, без смеха –

Это ходит-бродит эхо.

Эхо, покажись ты нам,

Не броди ты по горам.

Эхо, эхо – охо-хо!

Слышен звук твой далеко.

Говорить умеешь ты,

Дух, себя нам покажи!

Апрель

Народ верит, что 1 апреля просыпается домовой и нужно всячески обманывать друг друга, чтобы сбить его с толку. Отсюда и выражение: «Первый апрель – никому не верь».

Аука

Это дух леса, который не спит ни зимой, ни летом. Аука маленький, пузатенький, с надутыми щеками. Живет он в избушке, проконопаченной золотым мохом. Воду пьет весь год от талого льда, помелом ему служит медвежья лапа.

Зимой лучше с ним не встречаться в лесу. Если крикнешь, то будет отзываться сразу со всех сторон. Может водить человека до тех пор, пока человек не забудет обо всем и заснет (замерзнет) сладким, вечным сном.

Вихровой

Вихровой (дедушка безрукий) – дух, который находится в вихре. Этот дух очень вреден для людей. Причиняет болезни, нервные расстройства.

Сильный разрушительный вихрь. Весной срывает крыши с домов и строений. Его называют крышенником. В этом вихре переносится с места на место нечистая сила.

Ворон

Ворон является прообразом ветра. Приносит на своих черных крыльях ветер, воду живую и мертвую. Ворон – вещая птица. У этих птиц свой царь, сидящий на семи дубах в своем гнезде.

Гранат

Гранат (виниус – камень). Этот камень веселит человеку сердце и убирает печаль.

Кто носит этот камень, тот всегда для людей приятен, обладает красивой речью.

Дед

Покровитель всех кладов. Его глаза в темноте светятся, напоминая расплавленное золото. Отсюда люди верят – где в чистом поле завидишь огонь – ищи клад. В этом случае люди говорят: «Дедка горит».

Животные

Существует поверье, что очень давно все животные были людьми, но те, которые лгали, оскорбляли мать и отца, приносили зло, были обращены в животных, рыб и птиц.

Животные видят, слышат все, могут предвидеть события, знают, что чувствует человек. Этот дар им дан взамен дара речи. Но животные могут разговаривать между собой.

Запечник

Это веселый дух, любит шутить. Живет он за печкой. Если разобьется у хозяйки посуда или что-то пропадет – все это шутки запечника.

Зимник

Бывает, из лесу зимою заходит в деревню старик небольшого роста. У него белые волосы и длинная седая борода, голова не покрыта, босой, в теплой зимней белой одежде с железной булавой. Если это случилось – жди жестокой стужи.

Камни

Камни – это кости Земли. Славяне считали Землю живым существом. Суша – это тело. Скалы и камни – кости Земли.

Родителям в помощь

Дрема и сегодня добросовестно выполняет свою работу. Каждый вечер, как только наступают сумерки, она бродит под окнами домов, где есть маленькие дети, и идет туда, где необходима ее помощь. Как и прежде невидимая, присаживается к кроватке и начинает нашептывать в ушко ребенку волшебные сказки или петь колыбельную, ласково поглаживая его по головке.

«Дремушка-Дрема, приди в наши хоромы, укачай нашу детку, детку-малолетку. Ночницы летают, за руки хватают, криксы галдят, в дудки дудят, плаксы ревут, кикимору зовут. Заря-зоряница бесов уймет, восвояси уйдет, а ты, Дрема, сыми с деток морок, пусть не ревут спросонок, укачай, охраняй, баю-бай, баю-бай».

Хорошо, если вы будете обращать заговор не в пустоту, а к изображению Дремы. Также вы добьетесь более быстрого результата, если подключите к обряду кота или кошку (посадите поближе к кроватке ребенка). Дреме это понравится, с таким помощником она особенно расстарается.

Помощь Дремы бывает незаменима, если ребенок часто просыпается по ночам и кричит. Тогда есть смысл пристроить портрет духа сновидений в изголовье ребенка, начитав на него:

«Дрема, Дрема, добрый дух, избави дитя от сглаза дурного, от крика ночного. Пожалей дитя безгрешное, усмири крики неутешные. Пусть дитятко успокоится и каждую ночь не беспокоится. Дрема-Дрема-Дремушка, тихая головушка, сделай так».

Дрема отличается от прочих духов тем, что она не ждет никаких угощений и подарков. Она совершенно бескорыстна. Может быть, оттого, что служит детям? Для нее главная награда — их крепкий сон. Говорят, что если ребенок и увидит Дрему (в любом обличье), он никогда не испугается, а лишь будет тихо улыбаться и тянуться к ней руками. Баю-бай, крадется Дрема, она разносит сны по дому…

Сон-трава

Дрема - дух сновидений - Магия успеха

Сон-трава часто упоминается в народных легендах, быличках, заговорах и травниках. По одному из поверий, медведи откусывают от корня сон-травы, чтобы заснуть на зиму. Если то же самое сделает человек, то и он проспит всю зиму.

Сосед пошел в лес на Воздвиженье. На Воздвиженье в лес не ходят.В это время гадья собираются на зимовку. Видит — стадо [змей] плывет, и каждая в травинку ткнет. Думает мужик: «Понюхаю, чем пахнет?» Понюхал и пошел домой.Пришел — жена спрашивает:— Обедать будешь?— Да, — говорит.Она обед на стол поставила, а он заснул.

В середине XIX века Владимир Даль собрал сведения о реальных растениях, именуемых в разных регионах сон-травой, дурманом, сон-дремой, сонной одурью. Ими оказались беладонна обыкновенная (Atropa belladonna), прострел раскрытый (Pulsatilla patens) и смолка клейкая (Viscaria vulgaris).

Считалось, что сон-трава цветет 18 июня, в Дорофеев день: кто сорвет на Дорофея сон-траву, у того будет спокойная жизнь, а если положить ее в засушенном виде под подушку, то приснится вещий сон. Речь здесь, вероятно, шла о смолке клейкой, которая действительно расцветает в конце мая — июне и издавна использовалась в народной медицине как успокоительное.

Беладонна, известная как сильный яд, цветет все лето, но растет только на юге России. Чаще же всего под сон-травой скрывался прострел — растение, распространенное по всей стране. Этот первоцвет пробивается сквозь снег ранней весной и цветет уже в апреле. Свежесорванный прострел ядовит, но в засушенном виде его использовали знахари для лечения нервных расстройств.

Народ придумал легенду о том, как прострел получил свое название: когда-то у сон-травы были широкие листья, под которыми спрятался изгнанный из рая Cатана. Тогда архангел Михаил прострелил цветок, изгнав нечисть. С тех пор листья прострела рассечены на части, а само растение навсегда обрело свойство отпугивать нечистую силу.

Разбудит Яр землю. Проснется земля. Но еще спят под землею и трава, и цветы.

«Просыпайся, иди на землю, там светло, там все твои братья и сестры, там играют птицы!» — скажет мачеха нелюбимой синеглазой сиротке.

И послушная, она выйдет на землю одна, без братьев и сестер, одна из-под снега. Ее в колыбели никто не баюкал, ее на руках никто не нянчил, ее ласковым словом никто не забавил.

Печально и грустно стоит Сон-трава — синеглазый подснежник.

Спящая царевна

Многие народы верили, что колдуны могут насылать сон или бессонницу в наказание. Это суеверие и легло в основу распространенного фольклорного сюжета о спящей царевне. Французскую версию сказки о принцессе, уколовшей палец веретеном и заснувшей на 100 лет, записал Шарль Перро.

Немецкий вариант пересказали братья Гримм. Русская сказка сохранилась в кратком изложении Александра Пушкина. Поэт записал «баснь», которую рассказывала Арина Родионовна. Эти истории наполнены жуткими подробностями. Например, во французской «Спящей красавице» детей принца и уже разбуженной принцессы пытается съесть их родная бабушка-людоедка. А в русской сказке царевна умирает по-настоящему и «царевич влюбляется в ее труп». Александр Пушин кратко описал сюжет:

Царевна заблудилася в лесу. Находит дом пустой — убирает его. Двенадцать братьев приезжают. «Ах, — говорят, — тут был кто-то — али мужчина, али женщина; коли мужчина, будь нам отец родной, али брат названый; коли женщина, будь нам мать, али сестра»… <…>
Мачеха ее приходит в лес под видом нищенки — собаки ходят на цепях и не подпускают ее. Она дарит царевне рубашку, которую та надев, умирает. Братья хоронят ее в гробнице, натянутой золотыми цепями к двум соснам. Царевич влюбляется в ее труп, и проч.

В 1833 году Пушкин создал «Сказку о мертвой царевне и семи богатырях». А в 1867 году композитор Александр Бородин написал романс «Спящая княжна»:

…Лишь княжна в лесу глухом
Спит все тем же мертвым сном.
Спит, спит.
Слух прошел, что в лес дремучий
Богатырь придет могучий,
Чары силой сокрушит,
Сон волшебный победит
И княжну освободит, освободит…

В 1850 году французский хореограф Жюль Перро поставил в Петербурге балет «Питомица фей» на музыку Адольфа Адана. Завязка сюжета была основана на «Спящей красавице». Но настоящий успех ждал другой спектакль по мотивам той же сказки. В 1888 году директор Императорских театров Иван Всеволожский задумал балет-феерию в духе французских придворных представлений XVI–XVII веков.

Музыку заказали Петру Чайковскому, либретто написали сам Всеволожский и хореограф Мариус Петипа. Всеволожский, страстный поклонник и знаток эпохи Людовика XIV, также разработал исторические костюмы, а Петипа предоставил композитору потактовый план балета.

Например, так хореограф описывал сцену, где принцесса Аврора уколола палец веретеном: «2/4 (музыкальный размер. — Прим. ред.), быстро. В ужасе она больше не танцует — это не танец, а головокружительное, безумное движение словно от укуса тарантула!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector