Белоруссия заказала пятую батарею зенитного ракетного комплекса «Тор-М2К» – bmpd — LiveJournal

Сущность, цель, задачи, предмет и область дисциплины тор

Экономика отраслевых рынков представляет собой одну из наиболее активно развивающихся областей экономической науки. Соответствующий учебный курс, будучи относительно недавно введен в образовательный стандарт Российской высшей школы, ныне активно осваивается в ведущих университе­тах, одновременно оказывая все более заметное влияние на со­временные бизнес и МВА (Мазг.ег Визтезз Айплтяг-гаглоп — магистер делового администрирования) образование. На основе базового курса по экономике (и организации) отраслевых рын­ков (ЭООТР) подготовлен и нашел свое место в практике уни­верситетского преподавания ряд специальных курсов, которые предоставляют возможность познакомиться с соответствую­щим материалом в расширенном виде [см., например: Авдаше-ва СБ., др. (ред.), 2004; Кудряшова Е.Н., 2004; Князева И.В., 2006]. В русскоязычном варианте возможными разновидностя­ми данного названия также служат «экономика и организация отраслевых рынков», а также «теория отраслевых рынков».

В зарубежных университетах экономика (и организация) отраслевых рынков имеет более длительную историю препо­давания, которая охватывает уже несколько десятилетий. Его аналогом в США и Великобритании служит теоретико-при­кладная дисциплина, получившая наименование «1пс1и5г.па1 Ог^ашгаСюп: Тпеогу апс1 Ргасглсе», или просто «ТЬе Тпеогу ог 1пс1и5г.па1 Ог§аш2аг.юп». Используется (в частности, в Евро­пе) наименование «1пал1зглта1 Есопопнсз апс1 Ог^ашгапоп», также применимо название «ТЬе Есопопнсз оГ 1пс1и5г.па1 Ог^ашгаглоп». В немецкоговорящих странах курс имеет назва­ние «1пс1и5г.пеокопоппе». Как можно видеть, русскоязычный вариант наименования курса не является прямым переводом с английского и с немецкого языков. Однако именно этот вари­ант более адекватен содержанию и задачам курса. Подтвержде- -нием (косвенным) этого могут служить высказывания ряда из­вестных зарубежных специалистов, в частности Дж. Стиглера, который отмечал, что термин «1пс1и5Т.па1 Ог^ашгаглоп» являет­ся весьма неудачным для определения экономической теории рынков, отраслей промышленности, а также политики общест­ва в отношении их1. Разумеется, при обращении к зарубежной (в основном — к англоязычной) литературе следует исходить (во всяком случае первоначально) из традиционного названия соответствующего научного направления и учебного курса.

Для современной учебной литературы характерно опреде­ленное расширение и углубление содержания курса ЭООТР, обновление модельного аппарата и методологии анализа, ак­центировка внимания на ряде разделов, которые в первых из­даниях анализировали либо попутно, либо вовсе обходили вниманием. Эти обстоятельства считают нужным подчеркнуть авторы большинства получивших признание и переизданных в последние годы учебников. Все большей поддержкой пользует­ся идея формирования новой (современной) экономики отрасле­вых рынков, или новой волны в ЭООТР. Для закрепления этого вывода соответствующим образом преобразовывается не толь­ко содержание, но и редакция наименования курса. Можно, в частности, сослаться на опубликованное Деннисом Карлтоном и Джеффри Перлоффом 4-е издание учебника, получившего наименование «Мойегп 1паизг,па1 Ог§ашгаг.юп» [Сагкоп В.У, РегЬЯт.М., 2005].

Обогащение методологии анализа находит отражение в активном применении широкой палитры институциональныхидей, включая теорию трансакционных издержек и принци­пал-агентский подход, а также эволюционной и информацион­ной экономики, теоретико-игровых моделей, прикладного эконометрического и статистического анализа и ряда других подходов, на которые будет опираться изложение ключевых про­блем в данном учебнике. Что касается содержательной стороны, то отличительной чертой современных текстов явля­ется акцентирование внимания на динамическом аспекте принятия и бизнесом, и государством применительно к различным рыночным структурам решений, для которых характерны не­полнота и асимметричность распределения информации, огра

Для обсуждения этих проблем см.: Гальперин В. Предисловие редактора псрсвода//Тироль Ж. Рынки и рыночная власть: Теория организации про­мышленности. В 2-х т. СПб.: Экономическая школа, 2000. С. Х-ХХХП.

ничейная рациональность, настоятельная необходимость учета воздействия стохастических факторов, проявлений оппортуни­стического поведения и т.п.

Кроме того, все более значительный удельный вес в совре­менной учебно-научной литературе занимают разделы, посвя­щенные анализу рыночных стратегий (в области ценообразова­ния, инвестиций, инноваций, продуктовой дифференциации и рекламы, вертикальной интеграции и диверсификации, слия­ний, поглощений и т.д.), общей задачей которых служит укреп­ление (с применением разнообразных методов) конкурентных позиций бизнеса. Одновременно существенно углубляется и расширяется исследование релевантных для курса ЭООТР на­правлений политики государства. В числе этих направлений на­ходятся меры государства по обеспечению инновативного про” мышленного развития, поддержке конкуренции и конкуренто­способности, по антимонопольному регулированию, включая регулирование и реформирование деятельности естественных монополий. Изменяется и сам подход к анализу политики госу­дарства последством придания особого значения вопросам эф­фективности государственного вмешательства в экономику.

Это новое акцентирование внимания в курсе и соответст­вующее перераспределение учебного материала также может подчеркиваться посредством предложения новых редакций на­именований курса. Характерным примером такого рода являет­ся учебник Джона Липцинского, Джона Уильсона и Джона Годдарда «1пс1и5Г.па1 Ог§аш2аг.юп. СотреШюп, 5г.гаСе§у, РоНсу» [ЫрсгупзЫ ]., У11зоп ]., СосЫ’агс! ]., 2005].

Следуя тенденциям новой волны в экономике отраслевых рынков, а также принимая во внимание необходимость концен-, трации особых усилий, с одной стороны, на стратегиях бизнеса в условиях чрезвычайно динамичной конкурентной ситуации, которая приобретает новые качества с развитием процессов глобализации экономики и ее информатизации, а с другой, на политике государства в поддержку конкуренции, конкуренто­способности и инновационного промышленного развития, ав­торы дали предлагаемой читателям книге следующее название: «Экономика отраслевых рынков и политика государства». Дан­ная редакция, как нам представляется, в большей степени отвечает задачам подготовки учебника продвинутого, включая ма­гистерский, уровня, в котором должны найти отражение и раз­витые в научной литературе теоретические модели, и аргумен­тированные практические рекомендации для бизнеса и государства. Понятно, что эти рекомендации, опирающиеся на международный опыт, могут быть особо интересны для стран, находящихся на этапе интенсивных рыночных реформ, вклю­чая Россию.

Определяя то место, которое занимает ЭООТР (в ее обнов­ляемом варианте) в современном экономическом и бизнес-об­разовании, важно подчеркнуть следующее. Данный курс, имея в качестве одной из центральных задач анализ функционирова­ния различных типов рынков, причем анализ, максимально приближенный к условиям реальной экономики, призван пре­одолеть свойственную стандартным микроэкономическим тек­стам одностороннюю ориентацию на хрестоматийный случай рынка с совершенной конкуренцией. ЭООТР занимается изу­чением не экстремальногб, по выражению У. Шеферда, вариан­та рынка с совершенной конкуренцией, который имеет значе­ние для небольшого по объему сектора современной экономи­ки [ЗперЬегс! У.С, ЗперЬегс! ].Ы., 2004]. В центре ее анализа находятся рынки с несовершенной конкуренцией, включая раз­личные варианты олигополистических и монополистических рынков, рынки с монополистической конкуренцией, так назы­ваемые состязательные рынки и некоторые др.

Далее, курс ЭООТР, предоставляя возможность овладеть гораздо более сложными и адекватными действительности мо­делями функционирования рыночных структур, включая, на­пример, модели жестких и свободных (применимы также поня­тия мягкая, или размытая) олигополии, рынков с доминирую­щей фирмой и конкурентным крылом и т.п., вводит студентов в лабораторию научного поиска, который проводился ведущи­ми представителями экономической науки последние десяти­летия. Этот научный поиск, имеющий значение для изучения развития научных идей сам по себе, важен и выработанными в его рамках прикладными результатами. Так, ЭООТР позволя­ет, на базе обработки статистическими методами богатого эм­пирического материала, оценить важнейшие эндогенные и экзогенные параметры конкретно функционирующих рынков (отраслевая концентрация и норма прибыли, затраты на вход и выход, интенсивность рекламной деятельности и степень про­дуктовой дифференциации и др.), а также их результативно­сти. Это в свою очередь служит основой модернизации и поли­тики государственного регулирования, и стратегий, вырабаты­ваемых компаниями. Расширение объекта анализа находит свое отражение также в том, что наряду с традиционной кон­центрацией внимания на рынках развитых стран все большее значение придается исследователями странам с так называе­мыми развивающимися рынками. В число таковых, наряду с Индией, Китаем, Бразилией и некоторыми другими, входят также страны, проходящие период рыночного реформирова­ния, включая Россию. Происходящие в ней процессы струк­турных реформ, демонополизации, реформирования естествен­ных монополий, ценообразования, как и реализуемая государ­ством политика, становятся объектом все более интенсивных иследований. В этом же ряду находится рост интереса, наравне с высокотехнологичными секторами современной экономики, к сектору услуг, включая банковские и информационные услу­ги, как и деятельность в области исследований и разработок, что в полной мере отвечает процессам формирования совре­менной сервисной экономики.

С момента формирования курса как очень значимый встал вопрос о том, что следует понимать под ЭООТР, не является ли данная дисциплина «просто» углубленным курсом микро­экономики (своеобразной микроэкономикой-2) или же она яв­ляется самостоятельным теоретико-прикладным направлени­ем. К данной проблеме счел нужным обратиться в своей, став­шей знаменитой, работе и Дж. Тироль [Тгго1е ]., 1988, Р. 1]. Он подчеркивает, что хотя ЭООТР и представляет собой исследо­вание функционирования рынков, что образует одновременно и центральную концепцию микроэкономики, но, пройдя ряд этапов в своем развитии (к моменту публикации книги авто­ром было выделено два таких этапа), данная дисциплина пре­вратилась в одну из главных и самостоятельных областей эко­номического анализа. Характерно, что эта проблема не снима­ется с рассмотрения и в последних учебных изданиях [см., например: Уак1тап Б.Е., ^пзеп ЕЛ., 2007. Р. 1, 2]. В том же ряду находится вопрос: как ЭООТР соотносится с другими «про­двинутыми» экономическими и управленческими дисциплина­ми? Ответ на эти вопросы может, в частности, облегчить более четкое определение предмета и объекта изучения, а также за­дач данной науки.

Полного единодушия в вопросе о том, что изучает ЭООТР как относительно новое и интенсивно модернизируемое науч­но-прикладное направление и вузовская дисциплина, пока еще не достигнуто. Это связано не только с наличием разных научных школ в области экономической теории в целом и микроэкономики, в частности. Значение имеет и то, отмечен­ное ранее, обстоятельство, что с начала своего формирования как самостоятельной научно-образовательной области (т.е., как будет показано ниже, в 30-е и 50-60-е годы XX столетия) и по настоящее время для ЭООТР характерно весьма интен­сивное развитие. В ходе этого развития, с учетом динамики научно-теоретических представлений в смежных областях, включая те, которые существенны для формирования методо­логии данной науки, не могли не уточняться, видоизменяться, развиваться представления о ее предмете, объекте и методо­логии.

В порядке «первого приближения» ЭООТР можно опреде­лить как область теоретико-прикладных исследований, кото­рая имеет дело с анализом экономики и организации различ­ных отраслевых секторов современной экономики в широком смысле, включая сектор услуг, и формирующихся в их рамках рыночных структур. Именно такое представление характерно для позиции Жана Тироля, который подчеркивает необходи­мость концентрации внимания на изучении функционирова­ния рынков и свойственных им различных структур. Наряду с данной концепцией, ставшей для определенного этапа класси­ческой, развивается (особенно интенсивно в последние годы) более широкий подход. Согласно ему, ТОР, действительно имея в качестве главной задачи изучение функционирования рынков, взаимодействия рынков и предприятий, в то же вре­мя исследует важные аспекты экономической политики госу­дарства, связанные с управлением рынков и рыночных структур. В их числе: анализ политики поддержки конкуренции и регулирования деятельности монополий, включая естествен­ные, а также промышленной, технологической, инновацион­ной политики и ряда других аспектов государственного регу­лирования.

При подобном расширении предмета и объекта ЭООТР больше позиционируется среди других экономических дисцип­лин, интересы которых не ограничиваются сугубо микроэконо­мической проблематикой. Более того, в представлении специа­листов немецкоязычного пространства, ТОР формирует одну из центральных исследовательских об­ластей того, что именуется ими современной экономикой на­родного хозяйства(“УЫкзшйзспагЫепге — У№Ь). При этом УУ/Ь объединяет микро- и макроэкономику, а также опреде­ленные аспекты экономической политики современного госу­дарства [ВйЫег 3., ]ае^ег Р., 2002, 5. 1] К числу сторонников интеграции в рамках ЭООТР релевантных аспектов микро- и макроэкономической проблематики (анализа, имеющего, разу­меется, свои особенности в сравнении со сложившейся в не­мецкоговорящих странах терминологической традицией) отно­сятся также авторы ряда англоязычных учебников по курсу [см., например: Апс1гео550 В. апо! ТасоЬзоп Б., 2005]. К их числу также относятся книги, которые специально предназначены для МВА программ и бизнес-образования [см., например: 1лрс2уп5к1 }., “Шкоп Т., Соск1ага ]., 2005]. Именно такой, расши­рительный подход, подчеркнем еще раз, развивается в рамках предлагаемого учебника.

Следуя данному подходу, при освещении вопроса об объек­те исследования в современной литературе по теории и эконо-

1Данный вывод швейцарских коллег, авторов известного университетско­го учебника, иллюстрирует широко разделяемое в современной литературе мнение о существенном расширении объекта исследования ЭООТР и стоя­щих перед пей задач в сравнении со стандартными микроэкономическими курсами. Подтверждением самостоятельного значения изучаемых данной дисциплиной проблем является и тот факт, что в перечне приоритетных и важнейших областей исследования Уо1к5Ш1Гг.5спагЫеЬ.ге, который был со­ставлен в начале 2000 г. журналом «Экономическая литература», ЭООТР за­няла «почетное» третье, после микро- и макроэкономики, место.

В экономике отраслевых рынков, выделяются две основные области.

Первая из них охватывает обладающие различными структурами рынки, поведение (стратегии) их участников (фирм) и ве­роятные последствия (результаты) их функционирования и взаимодействия. При этом ЭООТР, как уже отмечалось, в меньшей степени исследует хрестоматийный случай рынка с совершенной конкуренцией. В большей мере ее интересуют случаи несовершенной конкуренции между предприятиями, кото­рые располагаются на различных ступенях цепи создания стои­мости продукции или услуг (охватывающей в общем случае процессы производства, распределения и потребления). Осо­бый акцент делается на рынках с олигополистической структу­рой, занимающих заметное место в современной экономике. Не остаются без внимания и традиционные для микроэкономики рынки совершенной конкуренции и монополии. Однако и в этом случае в анализ вносятся новые акценты, включая, с од­ной стороны, оценку сравнительной эффективности монопо­лии и конкуренции, как и соотношение этих типов рыночных структур в реальной жизни, а с другой — углубленное изучение разнообразных форм монополий. В числе последних — естест­венные, правовые, двусторонние, одно- и многопродуктовые и другие типы монополий.

Второй ведущей областью анализа в ТОР, значение ко­торой возрастает, а проблематика расширяется, служит воздействие государства на функционирование рынков, его участников и их результаты. К числу этих ведущих направлений, наря­ду с традиционным изучением антитрестовской политики и ре­гулированием деятельности естественных монополий, сегодня также относятся промышленная, технологическая и инноваци­онная политика, политика поддержки конкурентоспособности, регулирование деятельности в области слияний и поглощений, вертикальных ограничений и др.

Самостоятельное значение ЭООТР как научно-учебной дисциплины стало очевидным уже при оформлении концепту­альных идей области, именуемой сегодня традиционной эконо­микой отраслевых рынков. Эта традиционная ЭООТР базиро­валась на центральной парадигме(выдвинутой в 1930-х годах и сформированной в 1950-х годах) «структура поведение — результативность»(Зстисг-иге — Сопйисг. — РегГогтапсе — 5СР), исходившей первоначально из прямой причинно-следст­венной связи между рыночной структурой, рыночным поведе­нием предприятий и результативностью рынков/предпри­ятий. В представлении авторов этой парадигмы — Эдварда Мейсона и Джо Бейна — экономика отраслевых рынков, выра­батывая стандарты эффективной деятельности компаний, слу­жит обоснованию рекомендаций по улучшению деятельности фирм и повышению их результативности. Продолжая данную аргументацию и учитывая современные реалии, можно допол­нить, что ЭООТР вооружает и бизнес, и государство знаниями и опытом принятия эффективных решений, помогает побеж­дать в современных острых конкурентных битвах на нацио­нальных и глобальных рынках. Обращаясь к вопросу о значе­нии курса, У. Шеферд в этой связи отмечает, что экономика от­раслевых рынков изучает проблемы, которые определяют наи­важнейшие условия экономической жизни, находясь в центре экономической борьбы и прогресса.

Подводя предварительные итоги, можно отметить, что ЭООТР имеет свои отличительные черты.

  1. Отличительные особенности «новой» ТОР:

Отличительные особенности «новой» ЭООТР:

1) современное комплексное концептуальное и методо­логическое обоснование;

2) отсутствие идеологической заданности: (нежизне­способность идей (не)подтверждает практика;

§

В круг интересов ЭООТР входят такие вопросы, как конку­рентное поведение в случаях олигополии и монополистиче­ской конкуренции, потенциал для конкуренции, например, при наличии доминирующей фирмы или в случае естественной мо­нополии, барьеры входа и выхода предприятий с рынка. В этом же ряду находится проблематика проводимых на предприятии научных исследований и разработок, динамики рыночных структур, возникновения и распада картелей и т.д. Особенно­сти подобной фокусировки интересов, а также особый акцент на анализе стратегического поведения предприятий указывают на новые области, в которых пересекаются исследовательские интересы ЭООТР, экономики предприятия и стратегического менеджмента. Подобная нацеленность особенно характерна для новой или современной экономики (или теории) отрасле­вых рынков (ТЬе Моаегп ТЬеогу ог 1пс1йзШа1 Ог§аш2аглоп). Современная ЭООТР, решая более сложные теоретико-при­кладные задачи, использует результаты и активно взаимодей­ствует со многими областями современной экономики, от эко­номики благосостояния, теории игр, неоинституциональной экономики, включая экономику контрактов, до информацион­ной и сетевой экономики.

Обращаясь к базовой парадигме курса, следует отметить, что экономику и организацию отраслевых рынков можно изу­чать, используя в качестве отправного и центрального пункта различные типы рыночных структур. Данный подход, истори­чески связанный с именами Эдварда Мэйсона и Джо Бэйна, получил название структуралистского.

Возможен и другой подход, в центре рассмотрения которого находятся предприятия как ведущие субъекты рынков, их ры­ночные стратегии и внутренняя организация, оказывающие не­посредственное воздействие на развитие структуры рынков, те­чение производственных процессов и их эффективность. Именно данный подход, получивший наименование поведенче­ского, способствовал интеграции ЭООТР, в частности, с таким научным направлением как «экономика предприятия». Наряду с другими следствиями, он открыл перед изучаемой нами дис­циплиной доступ к вопросам стратегического менеджмента и обеспечил ее все новыми импульсами для развития. Совокупность приведенных здесь обстоятельств поясняет, почему курс ЭООТР занимает все более прочное место во многих биз­нес-школах, а также в программах МВА (рис. 1.1).

Белоруссия заказала пятую батарею зенитного ракетного комплекса «Тор-М2К» - bmpd — LiveJournal

Рис. 1.1. ЭООТР и релевантные области экономической науки

§

Следуя сложившимся в литературе традициям и отдавая долж­ное теоретико-прикладным результатам ученых, которые в свое время заложили фундамент данного нового научного на­правления, основное внимание в курсе мы будем уделять тому, что может быть названо «зг.аг.е о( агг.», т.е. современному со­стоянию этого направления. Одновременно, принимая во вни­мание важный для научного анализа принцип плюрализма мнений, знакомство с сегодняшним состоянием науки и ее при­кладными рекомендациями будет проводиться с учетом реаль­но сформировавшихся различных подходов и часто альтерна­тивных позиций.

Осмысление процесса развития предметной области ЭООТР, решаемых ею задач и применяемых методов позволя­ет выделить следующие взаимосвязанные этапы:

—первый этап — «закладка» научного фундамента (вклю­чая классическую и неоклассическую теории фирмы и микроэкономики в целом);

Еще про Тора:  День Перемен - Коляда - славянское солнечное Новолетие (Коловорот) : ladstas — LiveJournal

—второй этап — формирование ТОР как самостоятель­ной научно-прикладной и вузовской дисциплины (1930-1960-е годы), который получил у Ж. Тироля на­именование «первой волны»;

—третий этап — развитие ЭООТР как теоретико-приклад­ной и вузовской дисциплины, именуемый Ж. Тиролем «второй волной», который заложил основы новых подхо­дов к исследованию;

— четвертый этап — современный.
Рассмотрим эти этапы более подробно.

Этап «закладки» научного фундамента.Данный этап при­нято связывать, прежде всего, с именем А. Смита. Однако с учетом выделенных выше акцентов в объекте ЭООТР, вклю­чая анализ соотношения монополии и конкуренции, форми­рование научного фундамента ЭООТР имеет без преувеличе­ния тысячелетнюю историю. Уильям и Джоанна Шеферд об­ращают в этой связи внимание на Кодекс царя Вавилонии, Хаммурапи (НатпшгаЫ), который был принят около 2100 г. д.н.э. и в котором имелись ссылки на монополистическую дея­тельность. К моменту принятия этого Кодекса, история моно­полизма уже насчитывала несколько столетий. В период, предшествовавший классическим городам-государствам в Греции, с началом развития предпринимательства также воз­никла необходимость противодействия попыткам установить контроль над рынками. В античной Греции эпохи расцвета (480-420 годы д.н.э.) стали вырабатываться специальные пра­вила, предотвращающие эксплуатацию монополиями эконо­мической власти в обществе. Усилия по научному осмысле­нию этого феномена предпринимал и Аристотель, обсуждав­ший в своих трудах монопольное поведение единственного продавца на рынке и возможность повышения им цен на 200% (347 год д.н.э.). В нашу эру, в 483 г., римский император Хено (Хепо) своим указом ввел запрет на формирование монопо­лий и ценовые соглашения. Сходным по задачам, но более ус­пешным с точки зрения практической реализации был Кодеке Юстиниана (533 г.) [подробнее см.: 8перЬегс1 ДУ.С, ЗЬерЬеп^.М., 2004. Р. 19].

Обращаясь к более близкому для нас времени, разумеется, нельзя обойти вниманием вклад Адама Смита. Благодаря своему труду «Богатство народов», он не только стал создате­лем классической экономической теории с ее акцентом на свободную торговлю и регулируемые «невидимой рукой» рынки, но и предупреждал об опасности сговоров участников рынка, в том числе тайных, в целях повышения цен. Далее, при перемещении из XVIII в XIX в. внимание должно остано­виться на результатах, которые были получены французским философом и математиком Августином Курно в области ис­следования рыночных равновесий, включая выработку олиго-полиями (точнее, дуополиями) стратегий по определению эффективного объема производства [Соигпог, А., 1838]. В этом же ряду находятся относящиеся к концу XIX столетия исследования Бертрана, предложившего модель, в которой принятие решений на олигополистических рынках осуществ­лялось не в отношении объема производства, а применительно к цене [Вег1гапс1 ]., 1889]. Завершает этот почетный перечень А. Маршалл как создатель на рубеже XIX и XX столетий не­оклассической микроэкономики с ее акцентом на исследование рынков совершенной конкуренции.

Модель совершенной конкуренции, хорошо известная из курсов по микроэкономике, базируется на ряде известных предпосылок (см. также п. 2.2), при соблюдении которых и дос­тижении равновесия фирмы могут заработать лишь «нормаль-ну?о» прибыль. Если какая-то фирма не достигает такого ре1 зультата (например, будучи не способна производить продук­цию при эффективном использовании ресурсов), то она вытес­няется с рынка. В этом смысле совершенная конкуренция дисциплинирует производителей: все остающиеся на рынке фирмы обязаны выдерживать уровень эффективности, соот­ветствующий современной технологии.

Ряд авторов уже в рамках неоклассического анализа стали заниматься отличными от совершенной конкуренции рыноч­ными структурами. В их числе А. Маршалл (1890) и П. Сраф-фа (1926), которые сформулировали общие подходы к исследованию монополии. К их числу относится важный вывод о том, что, если средние издержки фирмы (ауега§е созг. — А С) падают с увеличением объема производства, то это может указывать на эффективность деятельности монополии (этот вывод справед­лив, если данная экономия издержек реализуется потребителя­ми в виде сниженных цен). Если же монополия эксплуатирует свою рыночную власть путем ограничения объема производства, получая в результате прибыль выше нормальной, то она оказы­вает негативное воздействие на общественное благосостояние.

Изучение монополии, как и ее сопоставление с конкурент­ной рыночной структурой, включая соответствующие эффекты благосостояния, проводилось также в конце XIX — начале XX столетий Джоном Кларком и Чарльзом Баллоком. Объектом специального внимания Дж. Кларка (1887) были волны слия­ний, их воздействие на монополизацию экономики, а также теоретическое обоснование антитрестовского законодательст­ва. Ч. Баллок (1901) получил широкую известность за анализ свойственных монополиям эффектов благосостояния, как и экономии от масштабов производства и ее пределы. Анализ различных рыночных структур, включая принятие по ним предприятиями рыночных решений, уже на новом уровне был поддержан и развит Э. Чемберлином и Дж. Робинсон, чья на­учная деятельность ознаменовала, по выражению Ж. Тироля, формирование первой волны в ЭООТР.

Этап формирования ЭООТР как самостоятельной науч­но-прикладной и вузовской дисциплины.Эдвард Чемберлин (1933) и Джоан Робинсон (1933) (под воздействием идей Мар­шалла и Сраффы) объединили ранее бывшие отдельными тео­рии монополии и совершенной конкуренции и сформулирова­ли теорию, несовершенной конкуренции с ее подразделением на два базовых случая: монополистической конкуренции и оли­гополии. Конкуренция на этих рынках может принимать раз­личные формы: от жесткой ценовой конкуренции, приводящей к существенным потерям, до ценового сговора, при котором фирмы принимают согласованные решения в отношении объе­ма производства и цен.

Развивая модель монополистической конкуренции, данные авторы сконцентрировали внимание на анализе взаимоотношения между рыночной структурой отраслей экономики, с одной стороны, и ценами и прибылями, с другой [СЬатЬегНп Е., 1933; КоЫпзоп Т., 1933]. Эти исследования и послужили непосредст­венным толчком для выделения в рамках экономической науки новой дисциплины «Экономика (организация) отраслевых рынков». Еще не будучи полностью оформлена, она стала пре­подаваться с 1936 г. в Гарварде в качестве университетского курса Э. Чемберлином и Эдвардом Мэйсоном (1939). К этому времени был разработан ряд важных понятий ЭООТР, включая вопросы ценовых стратегий, коалиционного и некоалиционного (соНизпге апс! поп-соПизгге) поведения и др. С опорой на эти ре­зультаты несколько позже была сформирована знаменитая «структура — поведение результативность» (ЗСгасШге — Сопйис! — РеНЪгтапсе) парадигма (СПР, или 5СР, парадиг­ма), которая легла в основу первой волны ЭООТР.

Эта первая волна ЭООТР, охарактеризованная Ж. Тиролем в качестве традиционной [Тироль Ж., 2000. Т. 1. С. 1], более или менее в завершенном виде была сформирована в 1950-1960-е годы и имела в тот период преимущественно при­кладную направленность. Что касается теоретических корней, то они были связаны с Гарвардской научной школой и с имена­ми уже известных нам Э. Мэйсона [Мазоп Е„ 1939, 1949], а также Джо Бейна [Ват Д., 1958].

3. Базовая парадигма экономики отраслевых рынковПервичная задача данных авторов состояла в анализе рын­ков для поддержки политических решений различными поли­тическими актерами, включая государство и его институты, ко­торые относились в тот период, прежде всего, к области конку­ренции. Этим ЭООТР позиционировала себя первоначально как преимущественно эмпирическая дисциплина, представ­ляющая в форме кейсов анализ отдельных отраслей экономики или их перекрестное сравнение.

В центре данного подхода находилась уже отмеченная нами парадигма, базирующаяся на следующих идеях. Экзогенно за­данная структура некоторого рынка, под которым понимает­ся отдельная отрасль или некоторое предприятие (например, олигополия), определяет эндогенный тип рыночного поведения вовлеченных в нее актеров (например, ценовой сговор пред­приятий), что в свою очередь детерминирует результаты

функционирования рынка и предприятия (скажем, высокий уровень прибыльности) (рис. 1.2).

Рис. 1.2. Базовая парадигма экономики отраслевых рынков «структура — поведение — результативность»

Параметры рыночной структуры, с учетом современных представлений, содержат основные, определяемые экзогенно, элементы, которые должны приниматься во внимание пред­приятием при формировании и реализации его деловой поли­тики.

Параметры, определяющие рыночную структуру:

1) количество производителей/покупателей на рынке, степень концентрации производителей, распределение рыночных долей, а также степень вертикальной интеграции в рамках цепи создания стоимости;

2) экономические признаки продукции, например, ее качество, степень дифференциации, близость к субститу­там;

3) структура производства и структура издержек пред­приятий (экономия от масштаба, сетевые преимущества, субаддитивность и т.д.);

4) обеспеченность информацией, рыночная власть по­купателей, условия, определяющие покупательный спрос (тренды, циклические и сезонные колебания);

5) барьеры входа и выхода с рынка, связанные (погру­женные) издержки и т.д.

Эндогенные переменные (рамочные условия) определяют поведение предприятий.

Параметры, задающие поведение предприятий:

1) стратегии в области ценообразования, по установле­нию объема продукции и ее качеству;

2) стратегии в области инвестиций;

3) активность в области продуктовой дифференциации и рекламы;

4) усилия в области исследований и разработок;

5) стратегии в области вертикальной интеграции и ди­версификации;

6) стратегии в области образования альянсов, слияний и поглощений.

Из параметров, задающих поведение предприятия, в итоге вытекает результат деятельности предприятия и рынка.

Параметры, определяющие результативность предприятий и рынков:

1) прибыльность компании;

2) рост продаж;

3) качество продукции и услуг;

4) технологический прогресс;

5) производственная эффективность* и аллокативная
эффективность**.

* Производственная эффективность служит мерой либо: а) выхода фирмой на максимальный, технологически достижимый уровень произ­водства при использовании имеющихся ресурсов, либо б) мерой приме­нения наиболее эффективной комбинации факторов производства для производства желаемых объемов.

** Аллокативная эффективность оценивается с позиции того, обеспе­чивается ли в ситуации рыночного равновесия максимизация обществен­ного благосостояния.

Для формирования ЭООТР с учетом обоснования ситуа­ций, где целесообразно государственное вмешательство, принципиальное значение имел проведенный в середине 1950-х годов Чемберлином анализ рыночного равновесия в долгосрочной перспективе. Как было показано автором, при предположении, что, во-первых, все фирмы преследуют цель максимизации прибыли и, во-вторых, существует свободный вход и выход на определенный рынок, т.е. при ослаблении пред­посылки о фиксированном количестве фирм на рынке, получается следующий результат. Цена в долгосрочной перспекти­ве устанавливается в точке ее равенства средним издержкам производства. Эти средние издержки включают «нормальную прибыль», т.е. прибыль, которой соответствует отдача на ка­питал, как раз достаточная для удержания компаний на дан­ном рынке. Этим достигается долгосрочное «равновесие» в том смысле, что при такой ситуации будут отсутствовать сти­мулы для сторонних компаний войти в данный рынок, а рабо­тающим на рынке фирмам — покинуть его [СЬатЬегНп Е., 1957]. Этот вывод относился в полной мере и к рынку с моно­полистической конкуренцией.

Существенное значение данного результата для ЭООТР за­ключалось в следующем. При принятии предположения о при­чинной зависимости в рамках традиционной СПР парадигмы, т.е. от структуры к поведению и далее — к результативности, для целей экономической политики достаточно исследовать лишь взаимоотношения между структурой рынка и его резуль­тативностью. Что касается поведения фирм, то при таком подходе оказывается достаточным лишь предположение об их стремлении к максимизации прибыли. В итоге применения этой логики выходило, что если на определенном рынке (имеющем ту или иную рыночную структуру) наблюдается си­туация, когда фирмы присваивают повышенную (превышаю­щую «нормальную») прибыль, то это является отражением не­совершенства рыночной структуры и должно служить сигна­лом для государственного вмешательства.

Представленная Чемберлином модель рынка, включая обос­нование государственного вмешательства в целях корректиров­ки несовершенств рыночных структур, легла в основу научного направления, известного как Гарвардская школа в ЭООТР. * Подход Чемберлина далее продолжил и развил в рамках того, что получило название структуралистской позиции, Джо Бейн. Данное наименование явилось следствием того значения, кото­рое сторонники этого направления придавали анализу рыноч­ных структур и их определяющей роли в исследованиях по ЭООТР. Исходным предметом рассмотрения, по Ёейну, яви­лось не отдельное предприятие, а отрасль индустрии или соот­ветственно сферы услуг. Что касается результатов функционирования рынка, то они, согласно логике Бейна, могут быть пря­мо выведены из рыночной структуры. В прикладных исследова­ниях это часто приводило к тому, что через анализ рыночного по­ведения специалисты просто «перепрыгивали» (см. рис. 1.2). Типичным примером такого образа действий, широко приме­няемого и сегодня, является регрессионный анализ, посредством которого оценивается и интерпретируется корреляция между уровнем выручки, с одной стороны, рыночной долей, рыночны­ми барьерами, а также концентрацией рыночной власти — с другой.

Базовый подход традиционной ЭООТР, следуя за Ж. Тиро­лем [Тироль Ж., 2000. Т. 1. С. 1, 2], может быть охарактеризо­ван с помощью следующего отношения:

§

Здесь л 1— параметр, характеризующий прибыльность (рен­табельность) г’-ой отрасли или фирмы; СКг — коэффициент концентрации (показатель, служащий оценке того, насколько отрасль является неконкурентной); ВЕ, — входные барьеры, параметр, обозначающий существующие барьеры (степень сложности) доступа на рынок. Параметр входных барьеров мо­жет быть аппроксимирован, например, через оптимальные раз­меры производства, необходимые инвестиции, оптимальные расходы на рекламу (определяемые отношением размеров на рекламу к продажам) и т.п. В подобные уравнения регрессии могут быть введены и другие переменные, анализ которых, как правило, проводился по значительной выборке отраслей.

Предположение о наличии односторонней причинно-след­ственной взаимосвязи в рамках 5СР парадигмы, которое при­нималось за основу структуралистами, подвергалось далее многочисленному тестированию путем анализа реальных рын­ков и выявления свойственных им закономерностей, в том чис­ле посредством применения регрессионного анализа. Однако получаемые в ходе эмпирических исследований результаты были весьма противоречы, включая основополагающую взаи­мосвязь между размером фирмы (как ведущим параметром ры­ночной структуры) и ее прибыльностью.

рования рынка, то они, согласно логике Бейна, могут быть пря­мо выведены из рыночной структуры. В прикладных исследова­ниях это часто приводило к тому, что через анализ рыночного по­ведения специалисты просто «перепрыгивали» (см. рис. 1.2). Типичным примером такого образа действий, широко приме­няемого и сегодня, является регрессионный анализ, посредством которого оценивается и интерпретируется корреляция между уровнем выручки, с одной стороны, рыночной долей, рыночны­ми барьерами, а также концентрацией рыночной власти — с другой.

Базовый подход традиционной ЭООТР, следуя за Ж. Тиро­лем [Тироль Ж., 2000. Т. 1. С. 1, 2], может быть охарактеризо­ван с помощью следующего отношения:

л(=/(СК;,ВЕ…).

рования рынка, то они, согласно логике Бейна, могут быть пря­мо выведены из рыночной структуры. В прикладных исследова­ниях это часто приводило к тому, что через анализ рыночного по­ведения специалисты просто «перепрыгивали» (см. рис. 1.2). Типичным примером такого образа действий, широко приме­няемого и сегодня, является регрессионный анализ, посредством которого оценивается и интерпретируется корреляция между уровнем выручки, с одной стороны, рыночной долей, рыночны­ми барьерами, а также концентрацией рыночной власти — с другой.

Базовый подход традиционной ЭООТР, следуя за Ж. Тиро­лем [Тироль Ж., 2000. Т. 1. С. 1, 2], может быть охарактеризо­ван с помощью следующего отношения:

л,-/(СК{,ВЕ(,…).

Здесь л) — параметр, характеризующий прибыльность (рен­табельность) г’-ой отрасли или” фирмы; СК{— коэффициент концентрации (показатель, служащий оценке того, насколько отрасль является неконкурентной); ВЕ1— входные барьеры, параметр, обозначающий существующие барьеры (степень сложности) доступа на рынок. Параметр входных барьеров мо­жет быть аппроксимирован, например, через оптимальные раз­меры производства, необходимые инвестиции, оптимальные расходы на рекламу (определяемые отношением размеров на рекламу к продажам) и т.п. В подобные уравнения регрессии могут быть введены и другие переменные, анализ которых, как правило, проводился по значительной выборке отраслей.

Предположение о наличии односторонней причинно-след­ственной взаимосвязи в рамках 5СР парадигмы, которое при­нималось за основу структуралистами, подвергалось далее многочисленному тестированию путем анализа реальных рын­ков и выявления свойственных им закономерностей, в том чис­ле посредством применения регрессионного анализа. Однако получаемые в ходе эмпирических исследований результаты были весьма противоречы, включая основополагающую взаи­мосвязь между размером фирмы (как ведущим параметром ры­ночной структуры) и ее прибыльностью.

рования рынка, то они, согласно логике Бейна, могут быть пря­мо выведены из рыночной структуры. В прикладных исследова­ниях это часто приводило к тому, что через анализ рыночного по­ведения специалисты просто «перепрыгивали» (см. рис. 1.2). Типичным примером такого образа действий, широко приме­няемого и сегодня, является регрессионный анализ, посредством которого оценивается и интерпретируется корреляция между уровнем выручки, с одной стороны, рыночной долей, рыночны­ми барьерами, а также концентрацией рыночной власти — с другой.

Базовый подход традиционной ЭООТР, следуя за Ж. Тиро­лем [Тироль Ж., 2000. Т. 1. С. 1, 2], может быть охарактеризо­ван с помощью следующего отношения:

ж, =/(СК1,ВЕ,,…).

Здесь л; — параметр, характеризующий прибыльность (рен­табельность) г’-ой отрасли или” фирмы; СК{коэффициент концентрации (показатель, служащий оценке того, насколько отрасль является неконкурентной); ВЕ{— входные барьеры, параметр, обозначающий существующие барьеры (степень сложности) доступа на рынок. Параметр входных барьеров мо­жет быть аппроксимирован, например, через оптимальные раз­меры производства, необходимые инвестиции, оптимальные расходы на рекламу (определяемые отношением размеров на рекламу к продажам) и т.п. В подобные уравнения регрессии могут быть введены и другие переменные, анализ которых, как правило, проводился по значительной выборке отраслей.

Предположение о наличии односторонней причинно-след­ственной взаимосвязи в рамках 5СР парадигмы, которое при­нималось за основу структуралистами, подвергалось далее многочисленному тестированию путем анализа реальных рын­ков и выявления свойственных им закономерностей, в том чис­ле посредством применения регрессионного анализа. Однако получаемые в ходе эмпирических исследований результаты были весьма противоречы, включая основополагающую взаи­мосвязь между размером фирмы (как ведущим параметром ры­ночной структуры) и ее прибыльностью.

Критические размышления относительно базовой парадиг­мы ЭООТР одновременно служили дальнейшему развитию данного теоретико-прикладного направления, которое прово­дилось уже в рамках его следующего этапа.

Этап развития научно-прикладных подходов.В рамках этого этапа (последняя треть XX столетия) осуществлялось, прежде всего, серьезное переосмысление стандартной СПР па­радигмы. Отталкиваясь от базовой предпосылки о наличии корреляции между размером предприятия и уровнем прибыли, одни авторы обнаруживали, что в отличие от традиционных представлений малые и средние по размеру компании часто входят в число первых 10, 50 или 100 наиболее прибыльных. Другие ученые, включая У. Баумоля [Ваито1 У/.]., 1967], опи­раясь на собственный эмпирический анализ, делали вывод, что прибыльность напрямую связана с размерами фирм. Пытаясь разрешить это явное противоречие, некоторые авторы пришли к«соломонову» выводу, что размер фирмы оказывает воздей­ствие на ее результативность в некоторых, но не во всех отрас­лях экономики (не на всех рынках) [подробнее см.: ^соЪзоп ^., Апси-еоззо В., 1996. Р. 9, 10].

Еще про Тора:  Молот тора зачем

В последующих работах были предприняты попытки изме­рения базисных условий рынка как экзогенных переменных. К та­ковым относятся в особенности параметры, характеризующие технологию (экономия от масштаба, издержки входа «на» и выхода «с» рынка, доля связанных издержек, наличие кривой обучения и др.) и технический прогресс. При этом также ана­лизировалось влияние фактора риска, предпочтений и поведе­ния потребителей (структура информации о качестве продук­ции, репутации и доверия на рынке, и т.д.). Хотя в этом направ­лении и был достигнут определенный прогресс, часто оказыва­лось сложным собирать данные, которые адекватно измеряют базисные условия и к тому же сопоставимы для различных от­раслей экономики

Гарвардской школе в ЭООТР в рассматриваемый период стала противостоять Чикагская школа, основателями которой явились Аарон Директор и Джорж Стиглер. Для ее сторонни­ков было характерно более терпимое отношение к проявлени­ям монопольного поведения компаний, включая вертикальные

ограничения и хищническое ценообразование при весьма нега­тивной оценке государственных интервенций. Как отмечает Ж. Тироль, в рамках данной традиции значительное внимание стало уделяться более строгому теоретическому анализу, а так­же эмпирическому обоснованию конкурирующих научных по­зиций. Чикагская традиция оказала важное методологическое влияние на развитие ЭООТР. Однако все же и с учетом этих результатов вплоть до начала 1970-х годов теоретические ис­следования не носили систематизированный характер, а скорее были способом толкования статистических результатов или же инструментом, служащим обоснованию отдельных точек зре­ния [Тироль Ж., 2000, Т. 1. С. 2, 3].

Традиционная, формировавшая первую волну, экономика отраслевых рынков в этот период подвергалась интенсивной критике, которая одновременно служила формированию но­вых теоретико-прикладных подходов. Ведущие направления этого критического и, одновременно, креативного анализа ОсоЪзоп Б. апа Ашкеоззо В., 1996, Р. 10-12; Тироль Ж., 2000. Т. 1. Р. 2, 3; ВиЫег 5., ^е§ег Р., 2002. 5. 7] таковы.

1. Представители Чикагской научной школы, в частности Дж. Стиглер, критиковали СПР парадигму за слишком дале­кое, по их мнению, отклонение от неоклассических позиций, а также в целом за слабость теоретического анализа. В этом пла­не заслуживают специального внимания рассуждения еще од­ного представителя Чикагской школы, Гарольда Демзеца [ОетзеСг Н., 1973], относительно более сложной, чем представ­ляется на поверхности, взаимосвязи между уровнем концен­трации в отрасли, размерами компании и уровнем ее рента­бельности, с одной стороны, и целесообразностью государст­венного вмешательства, с другой. Демзец согласен с общим представлением, что при высоком уровне концентрации фир^ мы, как правило, являются крупными и если они к тому же эф­фективно работают, то будут иметь и более высокий уровень доходов. Что же касается государственного вмешательства, то оно в этом конкретном случае является контрпродуктивным и будет сродни интервенции против компаний, которые «несут золотые яйца». Если же высокая прибыльность является следствием не эффективности, а сговора компаний, как это бывает на олигополистических рынках, то только в подобных конкрет­ных ситуациях, по мнению Демзеца, оправдана государствен­ная интервенция. Это дало основание в последующем ряду ав­торов утверждать о наличии двух основных конкурирующих научных подходах в ЭООТР, а именно: о СПР подходе и о под­ходе, развиваемом в рамках Чикагской научной школы [УаЫтап Б.Е., >пвеп ЕЛ., 2007. Р. 3-6].

2. Объектом особой критики даже среди экономистов, которые в целом разделяли СПР парадигму, как например Шерер и Росс [Шерер Ф.М., Росс Д., 1997], явилось представление о линейной однонаправленной зависимости между струк­турой рынка, поведением компаний и результативностью. Между этими параметрами, наряду с прямой, может существовать и обратная зависимость. В качестве примера, который
разрушает «традиционный порядок вещей», обычно приводятприменение компанией стратегии в области продуктовойдифференциации. Подобное поведение фирмы, способствуя вытеснению конкурентов с рынка, может привести к измене­
нию его структуры. То же справедливо в отношении агрессивной дорогостоящей рекламной кампании фирмы, которая приводит к возникновению рыночных барьеров, а следова­тельно — и к изменению структуры рынка. Объектом особой критики при разборе традиционной парадигмы стал также факт применения регрессионного анализа, который, находя свое место в области описательной (дискриптивной) статистики и выявляя некоторые важные взаимосвязи на рынке, непозволяет делать вывод о наличии причинно-следственных взаимозависимостей. Ж. Тироль по этому поводу отмечает,
что отсутствие причинной интерпретации оказывается весьма
неприятным для аналитика. ,

Итогом критических размышлений специалистов стал вы­вод о необходимости одновременного рассмотрения прямых и обратных взаимозависимостей между параметрами триады «1рынок — поведение — результативность». Параллельно с этим расширились представления и о параметрах (рамочных усло­виях), определяющих поведение компании. Стало очевидным, что эти параметры не могут более рассматриваться лишь как экзогенные по отношению к поведению компании. Речь более не шла о том, что все фирмы исходят из установления одинако­вых целей и более или менее пассивно приспосабливаются к своему окружению в рамках соответствующей отрасли. Конку­ренция представляет собой процесс, в рамках которого осуще­ствляется взаимодействие между рыночной структурой, пове­дением компании и результативностью ее усилий. Подчеркнем, что отмеченное выше обогащение концептуальных представле­ний не повлияло на тот факт, что все элементы триады «ры­нок — поведение — результативность» остаются и для совре­менной ЭООТР основными объектами анализа.

3. На волне критики традиционной СПР парадигмы с уче­том ее акцента на анализ рыночной структуры (структура­листская позиция) развивалась и другая позиция, которая, как уже ранее отмечалось, получила наименование поведенческой. Эта позиция имела в качестве исторических корней идеи Кур-но и далее была связана с именем Мэйсона. В центре ее инте­ресов находится предприятие, чьи решения (стратегии) зави­сят и от рыночной ситуации, и от того, как организована фир­ма. Сама же рыночная ситуация в рамках данного подхода представлена по преимуществу рынками монополистической и олигополистической конкуренции. Принципиальное значе­ние для оформления данной позиции и анализа рыночного поведения фирм имело развитие методологии, связанное с применением теоретико-игрового подхода. Подключение тео­ретико-игрового метода имело не только сугубо методологи­ческое значение, но и позволило существенно углубить теоре­тический анализ поведения фирм, расставив по-новому ак­центы в предмете ЭООТР.

4. Определенная часть экономистов сфокусировала внима­ние на анализе фирм и рынков в качестве альтернативных ме­ханизмов организации экономических взаимодействий при том, что их ключевой характеристикой являются соответст­вующие трансакционные издержки. Подобный анализ прово­дился целой плеядой выдающихся экономистов, многие из которых связаны с идеями неоинституциональной теории. В их числе, прежде всего, Р. Коуз с его концепцией трансакционных издержек (1937), О. Уильямсон (1985), а также П.Р. Мильгром и Дж.Д. Роберте (1999), работающие в области организации, координации экономической деятельности и менеджмента. Так, О. Уильямсон в своей знаменитой работе «Экономиче­ские институты капитализма» (опубликованной впервые в 1985 г. и переведенной на русский язык в 1996 г.) следующим образом определяет перспективы исследования фирмы с по­зиции трансакционных издержек в отличие от неоклассиче­ской парадигмы. «Экономика трансакционных издержек… рассматривает фирму скорее как управленческую структуру (§оуегпапсе зсхисСиге), чем производственную функцию» [^йПатзоп О., 1885. Р. 18]. Широкий резонанс в исследовани­ях по ЭООТР получила инкорпорация ученым организацион­ной теории в менеджмент, что позволило по-новому выявить ограничения размеров фирмы. Проводя определенную анало­гию между иерархической системой управления государством с иерархическим управлением в крупных компаниях, О. Уиль­ямсон предложил модель, в которой потеря контроля в подоб­ных компаниях задает ограничения их размеров. Тем самым, используя известную экономистам терминологию, здесь на­блюдается сокращающаяся отдача от менеджмента (подроб­нее см. п. 3.3 и 3.4).

Позиции, приведенные здесь в краткой форме и критиче­ские по отношению к традиционной СПР парадигме, послужи­ли базой для формирования динамичного представления о взаимодействии определяющих эту парадигму параметров с учетом наличия между ними многообразных прямых и обрат­ных связей (подробнее см. п. 1.3, рис. 1.3). Параллельно с ут­верждением динамического подхода к СПР парадигме проис­ходило и усиление ее теоретического обоснования. Решающее значение для этого, наряду с отмеченными выше неоинститу­циональными идеями, имел достигнутый прогресс в области теории бескоалиционных игр. Особое значение в рассматри­ваемом контексте имели работы лауреатов Нобелевской пре­мии Р. Зелтена [Зекеп К., 1973] и Харсани [Нагзапу1, 1967] в области равновесия в динамических играх при неполной (асимметричной) информации. В результате, свойственный новой волне в экономике отраслевых рынков динамический способ рассмотрения получил дальнейшие импульсы для сво­его развития. Особое внимание было обращено на то обстоя­тельство, что экономические актеры способны изменять свое поведение и не покоряются просто имеющимся в наличии ус­ловиям. Они преобразуют течение производственных процес­сов, включая производственную функцию и функцию издер­жек, и таким образом могут до определенной степени изменить свои рамочные условия.

Современный этап в ЭООТР. Все эти результаты послу­жили определенным толчком для формирования нового эта­па. Прежде чем переходить к его краткому представлению (см. п. 1.3), которое далее будет «разворачиваться» на протя­жении всей книги, обратимся к трудам еще одного выдающе­гося исследователя, а именно — И. Шумпетера [5сЬитрег.ег ]., 1942]. Его работы, хотя хронологически и относятся к первой волне в экономике отраслевых рыйков, в ее научный анализ они в большей степени были интегрированы в последние де­сятилетия XX столетия. Причем интерес к научному насле­дию этого ученого с течением времени постоянно возрастал, особенно в связи с развитием инновационных процессов в экономике и их влиянием на рыночные структуры и конку­рентоспособность.

Научная деятельность И. Шумпетера была связана с Авст­рией, однако напрямую ее результаты не принадлежат к Авст­рийской школе экономики. Основным объектом анализа для Шумпетера в отличие от «традиционной» неоклассической микроэкономики стали не равновесные ситуации, а процес­сы, связанные с массивными изменениями в экономике, включая предложение новых товаров, освоение новых техно­логий, новых форм организации бизнеса и т.п. И если для разрушения привычного порядка вещей, которое Шумпетер именует как творческое разрушение (сгеаиуе аезгхисглоп), и поддержки инноваций целесообразно использовать экономи­ческую мощь монополий, ценовой сговор и даже вмешатель­ство государство, то ради этой «высокой» цели они могут быть оправданными.

Что касается одного из центральных для ЭООТР вопроса о связи между размерами фирмы и ее инновационной активно­стью, то взгляды автора на этот счет претерпели определенную эволюцию [см. подробнее: ЗсЬегег Р.М., 1992; Апйгеоззо В. апс! УасоЬзоп Э., 2005. Р. 18]. Если в начале своего творчества он полагал, что в этой области большими преимуществами обла­дают малые новые компании, то в последующем лавры первен­ства стал отдавать крупным монополистическим корпорациям. Но независимо от смены своей позиции в вопросе о размерах компаний, выступающих основными двигателями инноваций, хтя Шумпетера неизменным было то значение, которое он придавал самой инновационной активности как фактору кон­курентоспособности. Таким образом, и в этом вопросе он дис­танцировался от стандартной неоклассической модели с цено­вой конкуренцией в качестве базовой.

Согласно Шумпетеру, если фирма зарабатывает сверхпри­быль, то из этого автоматически не следует, что она эксплуати­рует свою рыночную власть за счет–потребителей. Дело в том, что сверхприбыль может быть результатом более высокой эф­фективности производства на фирмах, благодаря чему они приобретают на время монопольный статус и зарабатывают монопольную прибыль. Этим определяется роль монопольной прибыли как стимула в конкурентной борьбе. Движущей силой конкуренции являются инновации.Инициируя инновации, предприниматель играет ключевую роль в проведении в жизнь изменений и в техническом прогрессе. В итоге успешный «инноватор» вознаграждается на определенное время монополь­ным положением на рынке и монопольной прибылью.

Однако, следуя логике Шумпетера, подобное положение не является устойчивым, что развивает динамический взгляд на конкуренцию. С одной стороны, повышенная прибыль привле­кает на данный рынок имитаторов, разрушающих первоначаль­ную монополию инноватора. С другой стороны, сходный эф­фект может быть связан с действиями других инноваторов, развивающих новые продукты, процессы и т.д. Во взаимоотно­шениях между инноваторами и имитаторами в известной мере проявляется соотношение радикальных, т.е. принципиально новых, и постепенных (или инкрементальных) инноваций. В основе этих сложных взаимодействий лежит также представле­ние о несовершенстве знаний и информации и выявляется до­полнительная роль предпринимателя в открытии новой ин­формации (в том числе, при наблюдении за действиями конку­рентов) и в ее использовании для инновативного развития про­изводства.

Позиция Шумпетера, согласно которой двигателем эконо­мического развития и конкурентоспособности выступают именно изменения (инновации) в области продукции, самого процесса производства, его технологии, методов организации бизнеса, методов распределения, послужила основой для фор­мирования современной школы специалистов, работающих в области инноваций и конкуренции. В их числе Ауэрбах, Пор­тер, Лазоник, Нельсон, Дози и др., большинство из которых связано с эволюционной экономической теорией.

Что касается вузовского образования, то именно для дан­ного этапа характерно издание ряда фундаментальных трудов и учебников, которые продолжают оказывать существенное воздействие на образовательный процесс и сегодня. Наряду с уже неоднократно цитируемой книгой Ж. Тироля [Т1го1е ]., 1988], также могут быть отмечены работы Шерера и Росса [Шерер Ф.М., Росс Д., 1997], У. Шеферда [ЗЬерЬегё У.С, 1997] и ряда др. Среди российских специалистов следует вы­делить учебные издания Авдашевой С. Б. и Розановой Н.М. (1998 г.), Вурос А. и Розановой Н.М. (2000 г.) и некоторых других авторов.

§

Теоретико-прикладные результаты, полученные ЭООТР в по­следнюю треть XX столетия, послужили основой для научного осмысления процессов, разворачивающихся в настоящее вре­мя. То есть между так называемой «второй волной» в ЭООТР и современным этапом сложно провести четкую разграничи­тельную линию. Некоторые из теоретико-прикладных про­блем, интересовавших специалистов, особенно в последние два десятилетия XX столетия, продолжают исследоваться и в настоящеевремя. Вместе с тем ряд обстоятельств, несомненно, оказываетвлияние на качественно новые черты современного шучно-прикладного анализа, принципиальные особенности которогов полной мере еще предстоит осмыслить. Сегодня пе­рся экономикой отраслевых рынков стоят задачи поиска отве­тов на новые вызовы времени на этапе постиндустриального тазвития и углубления процессов информатизации экономики, усложнения форм конкурентной борьбы, а следовательно, и параметров,определяющих эффективность функционирования компаний, в условиях, когда большинство рынков приобрета­ют черты глобальных.

С учетом новых вызовов теоретическому обогащению и в определенной мере переосмыслению так или иначе подверга­ется основные концептуальные представления, включая опенку параметров, устанавливающих рыночную структуру, аоведение фирм, их результативность и конкурентоспособ­ность, формы государственного вмешательства и др. Расши­ряется объект анализа, причем многопланово. Так, наряду с углубленным изучением рынков развитых стран, включая гтеаиальный анализ высокотехнологичных и сетевых отрас­лей, объектом подробного изучения становятся так называе­мые развивающиеся рынки. К числу подобных рынков отно­сятся и те их них, которые формируются в странах, проходя-зелсх рыночные преобразования, включая Россию. Изучаемая а ЭООТР проблематика расширяется и в результате обраще­ния к сектору услуг, а также за счет анализа аспектов государ­ственной политики, связанных с функционированием рынков ■ рыночным поведением компаний. С развитием интеграци-энных процессов в мировой экономике более подробные ис­следования проводятся применительно к международным ин­теграционным группировкам, включая прежде всего Евросо­юз. В рамках ЕС функционирует не только единое экономиче­ское пространство, но и все более полно согласовываются конкурентная, технологическая, инновационная политика, ре­гулирование деятельности естественных монополий, сделки в области слияний и поглощений и т.д.

Общепринятым в современных условиях является дина­мичное представление о взаимосвязи основных параметров в рамках СПР парадигмы с учетом существования между этими параметрами как прямых, так и обратных связей. Структура предприятий, отраслей, рынков, не рассматривается более как фактор, лишь обусловливающий поведение рыночных акте­ров. Вырабатываемые и реализуемые фирмами стратегии, в том числе в области продуктовой дифференциации и рекламы, исследований и разработок, вертикальной интеграции и дивер­сификации, слияний и поглощений и т.п., не могут не оказы­вать и оказывают существенное воздействие не только на ре­зультативность фирм и отраслевых рынков, но и на исходные параметры, определяющие рыночные структуры (рис. 1.3).

Белоруссия заказала пятую батарею зенитного ракетного комплекса «Тор-М2К» - bmpd — LiveJournal

Рис. 1.3. Современное представление базовой парадигмы ЭООТР

Серьезные переосмысления связаны сегодня и с анализом государственной политики. В данном случае речь идет не толь­ко об учете ее воздействия на все основные параметры СПР па­радигмы с учетом динамического взгляда на это воздействие. Обогащаются представления и о направлениях государствен­ной политики, релевантных для анализа в рамках ЭООТР (см. с. 45, 46). С учетом этого, конфигурация рынков, отраслевая структура и организационное строение компаний оказываются результатом совместного воздействия и стратегий бизнеса, и мер в области государственного регулирования. Кроме всего прочего, этим создается основа для анализа рыночного поведе­ния и рыночных структур с позиции эволюционного процесса (подробнее см. п. 3.5).

Подведем некоторые итоги проделанного выше анализа, охарактеризовав те исследовательские и прикладные задачи, на

которых, с позиции современных представлении, концентриру­ет свое внимание ЭООТР:

ЭООТР — теоретико-прикладная университетская (как и для программ по МВА) дисциплина:

1) анализирующая экономические отношения и органи­зацию различных отраслевых секторов современной эко­номики, включая сектор услуг (банковских, финансовых ус­луг, сектора информационных технологий, телекоммуника­ций, спортивного, социально-культурного и др.);

2) изучающая взаимодействия (прямые и обратные) рынков, предприятий и государства;

3) исследующая рынки и их динамику в развитых стра­нах, в странах с развивающимися рынками, рынки интегра­ционных группировок;

4) осуществляющая глубокие сопоставления и оценки (конкурентоспособности, инновационной активности, каче­ства, и т.п.);

§

Усложнение представлений о факторах, предопределяющих рыночные структуры, происходит и за счет осмысления ряда результатов, полученных в 1990-е годы, а также в текущем де­сятилетии, в области анализа параметров, определяющих про­странственную локализацию, концентрацию и организационные структуры бизнес-единиц. Эти результаты, полученные совме­стно с представителями региональной экономики и экономиче­ской географии, своими истоками восходят к неоклассической экономике А. Маршалла, включая его обращение к вопросам размещения промышленности и промышленным регионам (тсга5Г,г1а1 гНзШст-з). При переключении внимания на современ­ные публикации, следует отметить работы по региональным производственным структурам Евросоюза [подробнее см. Апйгеоззо В. апс1 ^соЪзоп ^., 2005. Р. 21-26], а также исследо вания по пространственной концентрации в форме кластере! конкурентоспособности и так называемых хабов (подробнее см. п. 11.5 и 11.6). Соответствующая проблематика, включая экономическую отдачу (эффект) пространственной концентрации экономики и обоснование с этих позиций наиболее рацио­нальных пространственных структур организации бизнеса и их поддержки со стороны государства, традиционно изучалась также и российскими специалистами, включая работы акаде­мика Н.Н. Некрасова и др. Однако из-за языковых барьеров эти результаты не были интегрированы в должной мере в ми­ровую литературу.

Еще про Тора:  Молот тора рассказ

Как уже отмечалось, начиная с 1990-х годов, по мере разви­тия методологии экономического анализа все более существен­ное влияние на ЭООТР стала оказывать новая институцио­нальная теория, а также эволюционная экономика. Что касается новой институциональной теории, то ее воздействие заметно усилилось, с одной стороны, с подключением к изучению дан­ной проблематики таких ученых, как Уильямсон, а с другой — в результате активного применения в рамках ЭООТР нового категориального аппарата, включая контрактную теорию, стейкхолдер анализ, агентскую проблему и ряд др. В этом же ряду находятся проблемы связанной (ограниченной) рацио­нальности, асимметрии информации и ряд др. (подробнее см. п. 3.2-3.4).

Происходит дальнейшее расширение объекта анализа ЭООТР, а также усложнение понятийного аппарата. Дополняя приведенные выше по данному вопросу соображения, обратим также внимание на углубление анализа рыночных структур в новых, ставших приоритетными, секторах современной эко­номики, в их числе: работы по анализу рыночных структур в высокотехнологичных секторах экономики, имеющих ключе­вое значение для обеспечения конкурентоспособности (см. п. 14.4 и 14.5), а также исследования в сфере услуг, включая банковскую сферу (см. главу 15).

В контексте развития процессов информатизации и в связи с «информационным взрывом» в литературе было предложено расширить понимание рыночной структуры за счет интеграции нового понятия технологической платформы. Г.О. Рамстад предложил в этих условиях, а также с учетом возрастающего значения фактора неопределенности исследовать новую форму конкуренции, которая имеет место между различными плат­формами, например, между Мюгозоп. ^УшсЬ^уз и Ыпих. Первая

жз этих платформ, МлсгозоЙ: Утаоуз, принадлежит к классу платформ с четко определенными правами собственности (ргорпетагу г.есппо1о§1са1 рЬЙогт), вторая, 1лпих, является раз-■ввндностью платформы свободных для доступа ресурсов <орепзоигсе г.есЬпо1о§1са1 р1аСЬгт). В последующем эти иссле-лиюния были продолжены, включая сравнительный анализ це­новых стратегий различных типов платформ, уровня их рента-!ж.тъности, эффектов благосостояния, стратегий входа на ры­нок платформы со свободными для доступа ресурсами и др. ^^сшшаа СО., 1997; Апагеоззо В. апй ^соЪзоп В., 2005. Р. 20, 21: Вопассога А., СИаппап§И 5., К.0581 С, 2006; ЕсопошЫез N.. Ьмзатаказ Е., 2006].

В связи с развитием концепции экономики знаний представляют также несомненный интерес новые исследования по принятию решений фирмами о границах и организационных формах бизнеса. Эти исследования проводятся, в частности, при­менительно к высокотехнологичным отраслям, для которых старость и эффективность освоения новых продуктов и про­цессов являются важнейшими факторами конкурентоспособ­ности, а первичной целью становится создание новых ценных знаний [см., например: МасЬег ]Л., 2006]. Имея научно-при-жяадное значение сами по себе, данные результаты также отра­жают усиливающееся взаимодействие ЭООТР с экономикой предприятия, как и науками по менеджменту, прежде всего стратегическому1.

Наряду с развитием теоретико-прикладных методов в рам-хах самой экономики отраслевых рынков, несомненное влия­ние на нее оказывают и другие концептуальные подходы к ана шву рыночных структур, которые могут трактоваться как до гзолняющие СПР парадигму или даже в определенном смысле хак претендующие на ее замещение. В данном контексте в житературе обращают внимание на широко известный и часто

Достаточно сослаться на следующий факт. В одном из ведущих научных журналов по менеджменту, а именно: в «Мапа§етепг. Зиепсе», в частности, в рамках отделов «Ог§ашга(;юпа1 ВеЬауюг, Регвэгтапсе, Зг.га1:е§у апо1 Без^п» и <ТесЬпо1о§1са1 1ппоуа1лоп, Ргос1ис1: Оеуе1ортеп(:, апс! ЕпгтергепеигхЫр» регу­лярно проводятся исследования по вопросам, которые являются либо смеж­ными с ЭООТР, либо представляют для ее развития безусловный интерес.

цитируемый подход М. Портера [РогСег М., 2000], а также ра­боты Беста, который выступал консультантом ряда националь­ных правительств и международных агентств [Вез1 М.Ы., 2001]. Что касается М. Портера, то заслуживают внимания его иссле­дования в области новых форм локализации (размещения) производства, включая кластеры, и связанных с ними конку­рентных преимуществ. При сохранении значения анализа, про­водимого в рамках СПР парадигмы, между размерами фирмы и ее инновационной активностью, особый интерес для полити­ческих обобщений представляют идеи М. Портера о факторах, определяющих международную конкурентоспособность ком­паний. Их значение особенно велико в условиях растущей гло­бализации. Центральным для анализа является идея о четырех гранях «бриллианта», которые формируют среду, задающую конкурентные преимущества компании. Конкретно, эти грани отражают: 1) параметры, определяющие применяемые факто­ры производства; 2) спросовые условия; 3) связанные и под­держивающие отрасли; 4) стратегию фирмы, ее структуру и конкурентов. Конкурентоспособность индустрии определяется тем, насколько выделенные параметры благоприятствуют ее развитию.

М.Н. Бест в целом высоко оценил идею «диаманта» и прове­денный Портером анализ кластеров конкурентоспособности. По его мнению, данные результаты обогащают понимание ис­точников индустриального развития и дают обогащенное меню для выбора промышленной политики на национальном и регио­нальном уровнях (в сравнении, скажем, с концепцией рыночных провалов экономической теории благосостояния). Вместе с дам, по мнению Беста, в рамках данного подхода незаслуженночза-бывается роль внутренней организации компаний как фактора, предопределяющего перспективы роста и инновационный по­тенциал. Бест предложил с учетом этих обстоятельств «триаду продуктивности» («ргосЬсгдупу глтао1»), объединяющую три взаимосвязанные области и значимую также для регионально­го развития. Конкретно, речь должна идти об определенной мо­дели бизнеса, производственной системе и о формировании профессиональной квалификации [подробнее см.: Апс1гео550 В. ашиасоЪзоп В., 2005. Р. 20; Везг. М.К, 2001. Р. 8-14].

Ныне утверждаются и существенно расширенные представ­ления об экономической политике государства, релевантные для анализа в рамках ЭООТР. Обогащается и соответствую­щая методология. Наряду с традиционной для ЭООТР трак­товкой необходимости государственного вмешательства с по­зиции экономической теории благосостояния, в рамках которой акцент делается на рыночных провалах, более активно осваива­ются и другие теоретические подходы. В их числе идеи неоин­ституциональной экономики и экономико-правового направле­ния, включая теорию общественного выбора, которые позволя­ют акцентировать внимание на провалах государстве? ~г< вмешательства в экономику, а также на оценке самой целе< разности и эффективности подобного вмешательства[по; вее см.: Пахомова Н.В., Рихтер К.К., 2003]. Одновремет^ ис­пользуется аргументация, применяемая эволюционной экономи­мой, представляющая особый интерес в условиях развития про-сов информатизации экономики, а также формирования жов высокотехнологичной и наукоемкой продукции. В этих ловиях среди факторов конкурентоспособности фирмы клю-вое значение приобретают так называемые «неосязаемые ак-», включая ее инновационную готовность (как и способ-ть), архитектуру и репутацию (подробнее см. п. 3.5 и 4.3). В целом, арсенал инструментов, применяемых государством ля воздействия на рыночные структуры, поведение фирм и их ультативность, весьма широк. В ЭООТР при исследовании дарственной политики обращают внимание на две группы струментов. Первая из них связана с политикой государст-нного регулирования, в том числе и на международных рын­ках. Сюда относят налоги и субсидии, международные правила торговли, информационное обеспечение и др. Вторая группа инструментов связана с антитрестовским регулированием и ддержкой конкуренции.

5. Основные направления государственной политики в рамках ЭООТР:

§

Представление о совокупности этих инструментов в совре­менных условиях претерпевает определенные изменения, что связано с развитием теоретических подходов и представлений в этой области, а также с реальной динамикой самого процесса регулирования и поддержки конкуренции в условиях расшире­ния информатизации, усиления процессов глобализации и т.д. Так, в условиях формирования новой экономики, развития ра­дикальных инноваций все более существенной задачей госу­дарства становятся формирование и поддержка инновацион­ной среды, политика выращивания инновационных бизнесов, овладение методом лидирующих рынков и др.

Ныне своеобразный ренессанс переживают и эмпириче­ские исследования в области индустриальной экономики, что отражается в активном формировании прикладного направле­ния курса под наименованием новой прикладной ЭООТР. Ею используются методы новой ЭООТР, и прежде всего бази­рующаяся на теоретико-игровом подходе теория олигополи-стической конкуренции, для формулировки гипотез, которые далее могут быть проверены эмпирическим путем. Особое значение для новой прикладной ЭООТР имеет не столько даль­нейшее развитие микроэконометрических методов, сколько обладание детализированными дезагрегированными базами данных. В качестве альтернативы эконометрическим методам все чаще применяются контролируемые рабочие эксперимен­ты, когда могут проводиться проверка гипотез ЭООТР, иден­тификация регулярности данных и оценка политических предложений.

Вопросы и задания для повторения и обсуждения:

Каков предмет и объект изучения экономики (и организа­ции) отраслевых рынков? Чем обусловлено расширение объектаисследования ЭООТР в современных условиях?

1 Какиеосновные исследовательские задачи решаются в рам­ках ЭООТР?

2. Раскройте место, которое занимает ЭООТР в современном экономическом и бизнес-образовании.

3.Чем обусловлено ее возрастающее значение для подготовки экономистов и управленцев, способных ответить на вызовы постиндустри­альной эпохи?

4 В чем заключается суть базовой парадигмы ЭООТР? Когда и кем она была сформулирована? Какое развитие претерпе­ла базовая парадигма курса под воздействием критического научного обсуждения и с учетом потребностей современной практики?

5. Какие методологические подходы оказали наиболее сущест-

венное воздействие на формирование ЭООТР? Какое место среди них занимают теоретико-игровые методы и чем обу­словлена их существенная роль?

6. Охарактеризуйте основные научные школы, сложившиеся в

рамках ЭООТР. Какие основные дискуссионные проблемы служат своеобразным водоразделом между этими подхода­ми?

7. Охарактеризуйте усложнение и детализацию анализа рыноч-

ных структур, присущую для ЭООТР. Почему, в представ-, лении У. Шеферда, совершенная конкуренция является экстремальным вариантом рыночных структур?

8. Какие основные аспекты государственной политики играют

ведущую роль при изучении курса ЭООТР и почему?

9. Охарактеризуйте основные этапы, которые прошла в своем

развитии ЭООТР. Раскройте принципиальные особенности современного этапа.

Тор — скандинавский бог грома

Тор (древнескандинавский Þórr )- одна из самых выдающихся фигур скандинавской мифологии. Он был главным богом всех ветвей германских народов до их обращения в христианство, хотя ему поклонялись и в позднюю эпоху викингов.

Тор, мускулистый Бог грома, является идеалом верного и благородного воина, идеалом, к которому стремился каждый воин-викинг. Он неутомимый защитник богов и их крепости, Асгард, от посягательств гигантов, которые обычно (хотя и далеко не всегда) являются врагами богов. Никто лучше Тора не подходит для этой задачи.

Его мужество и чувство долга непоколебимы, а его физическая сила практически не имеет себе равных. У него даже есть пояс силы (древнескандинавский megingjarðar), который делает его мощь вдвойне грозной, когда он надевает его. Однако, самым известным его владением является молот Мьелльнир. Согласно мифам, молот «подчинялся» только Тору, поднять его было под силу лишь ему одному.

Когда Тор подбрасывал его, молот всегда возвращался к своему владельцу. Но раскаленным докрасна. Поэтому на скандинавских изображениях можно увидеть Тора в специально созданных для него железных перчатках, защищающих руки от молота.

Для языческих скандинавов, подобно тому, как гром был воплощением Тора, молния была воплощением его молота, убивающего гигантов, когда он ехал по небу на своей колеснице. В нее были запряжены козлы — лошадь не могла поднять такого сильного и могучего бога. Козлы Тора были дикими, их глаза светились красным светом.

Одним из главных врагов Тора является Йормунганд, огромный морской змей, который окружает Мидгард, мир человеческой цивилизации. В одном мифе, он пытается вытащить Йормунанда из океана во время рыбалки, и останавливается только тогда, когда его спутник режет леску из страха.

Для викингов, которые в целом были воинственной нацией, Тор был самым главным божеством. Однако, несмотря на свою воинственную репутацию, Тор также покровительствовал униженным, угнетенным. Он был очень добрым по натуре, покровительствовал плодородию, также обладал способностью воскрешать из мертвых людей и животных.

Кроме этого, отвечал Тор и за супружеский союз — именно к нему шли пары за благословением. Особое почитание Тор вызывал у моряков (учитывая, что викинги большую часть своей жизни проводили в плавании). Ни один из скандинавов не боялся грома, поскольку считал, что это Тор охраняет их от бурь и прочих морских неприятностей.

Многие скандинавы верили, что именно Тор должен встать во главе Асгарда, а не отец его, Один. Поклонение громовержцу было настолько масштабным, что в его честь называли бухты, фьорды, даже некоторые английские земли переименовывались в названия, содержащие в себе имя грозного бога.

Основным цветом Тора был красный (из-за того, что сам бог был горячим, даже обжигающим, из-за чего отец запретил ему приезжать в Асгард по любой дороге, кроме речной). Поэтому в Скандинавии этот цвет в почете, даже на свадьбу девушки одевали красные платья, чтобы задобрить бога. В кольца вставляли рубины, символизирующие Тора.

Казалось бы, в Северной Европе уже давно господствующей религией является христианство, но до сих пор остались некоторые обычаи, связанные с Тором. Жители носят на удачу маленькие молоточки, считая, что тогда бог всегда будет на их стороне и никогда не откажет в помощи.

У скандинавского бога грома Тора была два постоянных спутника — юноша Тьялви и девушка Рёсква, которых бог заполучил довольно низким способом. Вместе с Локи он путешествовал по миру. Однажды оба бога решили где-нибудь заночевать. Они остановились у четы бедных крестьян. Приготовленный ужин никак не мог насытить Тора, отличавшегося огромным аппетитом.

Все получилось бы так, если бы Локи не убедил сына крестьян, Тьялви, сломать одну из костей и высосать костный мозг. На следующий день Тор коснулся двух шкур с костями своим молотом, и через мгновение оба козла ожили. Но один из них стал хромать. Тор пришел в такую ярость, что грозился убить всю семью, несмотря на то что люди дали богам приют.

Устройство зрк «тор-м2у»

«Тор-М2У» — тактический ЗРК нового поколения, предназначенный для защиты воинских частей, а также объектов промышленности и инфраструктуры от ударов с воздуха. Он эффективен против высокоточного оружия, беспилотных летательных аппаратов, крылатых ракет, современных самолетов и вертолетов.

«Тор-М2У» может обнаруживать одновременно более 40 целей, определять самые опасные из них, одновременно вести огонь по четырем из них. Его можно использовать для борьбы с массированными атаками современных средств воздушного нападения. Технические характеристики зенитных ракет комплекса позволяют эффективно бороться против малоразмерных и высокоманевренных целей. «Тор-М2У» может успешно работать в составе системы ПВО, но может применяться и автономно.

На каждой машине установлена станция обнаружения целей (СОЦ), станция наведения и сопровождения ракет и целей, система навигации и привязки к местности, автономная система для электрического питания и восемь зенитных ракет в двух пусковых контейнерах.

Станция обнаружения целей, установленная на комплексе «Тор-М2У», работает в сантиметровом диапазоне волн, оснащена системой распознавания «свой — чужой», обеспечивает работу комплекса во время движения. Система имеет высокую степень защищенности от помех, может обнаруживать более 40 целей на расстоянии до 32 километров.

Из них выделяются десять наиболее опасных, которые выдаются на монитор командиру машины. То есть, машина сама подсказывает экипажу очередность обстрела воздушных целей. Основным отличием «Тор-М2» от «Тор-М1» является модернизация станции обнаружения целей.

Модернизированная станция может обнаруживать цели с малой площадью рассеивания (ЭПР), то есть, летательные аппараты, созданные с использованием технологии «стелс». Кроме того, СОЦ на «Тор-М2» имеет более высокий уровень помехозащищенности, чем на своем предшественнике.

РЛС сопровождения ракет и целей может сопровождать сразу четыре воздушных объекта и наводить на них шесть зенитных ракет. В конструкции этой РЛС использована пассивная фазированная антенная решетка с высокой степенью защиты от радиоэлектронных помех.

Каждый комплекс оборудован системами навигации и привязки к местности, а также специальной системой связи.

Зенитно-ракетный комплекс «Тор-М2У» вооружен 8 зенитными управляемыми ракетами (ЗУР) 9М331, разработанными в МКБ «Факел». Ракеты этого конструкторского бюро стоят на всех машинах семейства «Тор».

9М331 представляет собой одноступенчатую твердотопливную ракету, созданную по аэродинамической схеме «утка». После старта ракета выбрасывается из контейнера специальной катапультой со скоростью 25 м/с, на высоте двадцати метров включаются маршевые двигатели, которые могут разогнать ракету до скорости 700-800 м/с на дистанции в полтора километра. Наведение ракеты на цель начинается на дистанции 250 метров. Боевая часть ракеты – осколочно-фугасного типа.

Ракета оборудована складными крыльями, которые раскладываются сразу после старта. На ней установлен активный радиовзрыватель, 9М331 может самоликвидироваться автоматически или по сигналу оператора.

Восемь ракет находятся в двух транспортно-пусковых контейнерах 9Я281. Антенные комплексы и пусковые устройства образовывают единый комплекс, который вращается на 360 градусов. Каждая ракета оборудована катапультой, старт – вертикальный. После старта происходит отклонение ракеты в необходимую сторону и под нужным углом.

В состав комплекса входит несколько обслуживающих машин. Заряжающая машина на базе автомобиля «Урал-4320» имеет один боекомплект (восемь ракет), оснащена погрузочными устройствами (краном со специальным манипулятором). С его помощью извлекаются пустые пусковые контейнеры и устанавливаются новые. Процесс перезарядки занимает восемнадцать минут.

Есть и другие типы заряжающих машин. Также существуют машины технического обслуживания четырех и шестнадцати ЗРК «Тор-М2У».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector